Биологическая активность слабых полей СНЧ (обзор литературны

Статьи, новости и любая информация посвящённые методу Биорезонансной Терапии (БРТ)

Модератор: Admin

satsan
Сообщения: 563
Зарегистрирован: 05 янв 2009, 09:57

Биологическая активность слабых полей СНЧ (обзор литературны

Сообщение satsan » 07 авг 2012, 11:53

Биологическая активность слабых полей СНЧ (обзор литературных данных)

Спектр естественных переменных магнитных полей (ПеМП) охватывает диапазон от сверхнизких до сверхвысоких частот, причем напряженность поля с увеличением частоты излучения падает [204]. В области частот от 0,1 Гц до нескольких миллигерц расположены собственные частоты магнитосферы – короткопериодические колебания (КПК) магнитного поля типа Pc2-Pc5. Колебания возбуждаются при обтекании магнитосферы солнечным ветром. На частотах (0,3-3 Гц) регулярные колебания обусловлены явлениями, протекающими в радиационных поясах Земли [143].
В области, где атмосферики начинают преобладать над КПК (несколько Гц), расположены линии, соответствующие собственным резонансным частотам полости ионосфера-поверхность Земли (ионосферного волновода), фундаментальная частота которого составляет 8 Гц [274]. Во всем этом диапазоне нередко наблюдаются сильные возрастания напряженности поля, связанные со вспышками на Солнце, магнитными бурями [83], с увеличением числа пятен на поверхности Солнца. На частоте 8 Гц возмущение может продолжаться многие часы, а напряженность поля увеличиваться в 10 раз и достигать нескольких мв/мГц [170, 254].
В некоторых частотных полосах этого диапазона наблюдается сильный широтный ход напряженности, а также регистрируется годовая и суточная периодичность интенсивности поля. Различные типы колебаний по-разному изменяются в ходе 11-летнего солнечного цикла, что связано с различием в механизме их генерации [44, 193, 248, 267].
Следует отметить также, что в области сверхнизких частот соотношение между электрическим и магнитным векторами может сильно меняться. В частности, на КПК накладываются микровариации электростатического поля, связанные с изменениями погодной ситуации [253].
В области звуковых частот уровень шумов определяется излучением от постоянно существующих мировых очагов грозовой активности. Наряду с атмосфериками здесь наблюдается обширный класс явлений, связанный с магнитными бурями и полярными сияниями, характерный в основном для высоких географических широт. Интенсивность атмосфериков максимальна на частотах вблизи 10 кГц и убывает по мере возрастания частоты. В районах, близких к местам грозовых разрядов, напряженность электрической составляющей ЭМП атмосфериков порядка десятков и сотен мв/м.
К высоким широтам интенсивность грозовой деятельности убывает. В этом частотном диапазоне также имеет место суточная и сезонная периодичность изменений напряженности ЭМП [133, 135, 209]. Минимум грозовой деятельности всегда и везде наблюдается в утренние часы, а наименьшее число гроз происходит в зимнее время года. Почти все магнитные бури сопровождаются усилением шумов в этой области, а сильные хромосферные вспышки часто связаны с возрастанием напряженности поля атмосфериков, что обусловлено воздействием рентгеновского излучения вспышек на свойства ионосферного волновода. Величина напряженности на единичную полосу частот может в этом диапазоне увеличиваться в несколько раз и достигать десятых долей мв/м.
В следующем диапазоне частот от 10 мГц до 1 ГГц естественный фон обусловлен излучением Солнца и галактик, т. е. имеет космическое происхождение [162, 169]. Солнечное радиоизлучение (радиовсплески IV типа, шумовые бури) может иногда заметно увеличивать напряженность поля естественного происхождения. Однако, здесь очень велик вклад искусственных источников – радиостанции, телевидение [117].
Таким образом, естественный фон ЭМП в различных частотных диапазонах обусловлен разными источниками. Наибольший интерес представляют СНЧ, так как напряженность поля в этом диапазоне наиболее высока и здесь наблюдаются максимальные вариации напряженности поля (в 100 раз), что не регистрируется в других полосах. Такое значительное возрастание напряженности не может быть безразлично для организма. Важно и то, что в этой области лежит частота важнейших биоритмов: биотоки действия – 80 Гц, биопотенциала мозга (α-ритм – 8 Гц), квазирегулярный ритм, связанный с эмоциями 4-7 Гц, частота сокращения сердечной мышцы – 1 Гц, колебания давления 0,01 Гц и т. д. [13].
Учитывая все вышеизложенное, можно предположить, что естественные ЭМП в диапазоне частот 8 Гц – 1 кГц являются ответственными за ряд биологических явлений.
Есть все основания полагать, что изменения параметров ПеМП этого диапазона используются как датчики времени биологических ритмов [30, 51], как носители прогностической информации о предстоящих землетрясениях [43, 121], и изменениях погоды [18, 156, 168, 260], как агент, ответственный за реализацию солнечно-земных связей [29, 35, 127]. Изложенным объясняется интерес исследователей различного профиля к изучению биологических эффектов ПеМП СНЧ.
1.2. Зависимость биологической эффективности слабых ПеМП СНЧ от параметров поля
Для систематизации имеющихся экспериментальных данных, их сопоставления и сравнения очень важно знать зависимость биологических эффектов от параметров ПеМП. В полном виде эти зависимости остаются пока неизученными. Накопленная к настоящему времени информация сводится к следующему.
Для данных условий опыта биологический эффект ПеМП при малой и умеренной напряженности зависит от частоты. Эта зависимость изучалась на различных моделях. Известные эксперименты W. R. Adey [171, 172] проводились на изолированном мозге кошки и цыпленка. Было обнаружено изменение скорости выхода ионов Са2+ из мозга в раствор при 20-минутном воздействии ПеМП частотой 1, 6, 16, 32 и 75 Гц амплитудой 5-100 V/m (в мышечной ткани этот эффект не наблюдался).
В эксперименте А. В. Ли [77] использовались клеточно-тканевые модели – срезы мозжечка мышей. Изменения электрической активности нейронов в срезах вызывали ПеМП следующих частот – 0,05; 0,1; 0,25 и 5 Гц (при индукции 50 и 100 нТл).
Эксперименты Р. Х Абу Хада [1] проводились на клеточной модели – изолированных тучных клетках, которые подвергали действию ПеМП в полосе 0 –100 Гц с шагом 2 Гц. Использовалось синусоидальное магнитное поле с индукцией 25 мТл. Выяснено, что дегрануляция тучных клеток изменялась при действии ПеМП в узких частотных диапазонах 2,8 – 10; 32 – 34; 72 – 74 Гц.
При воздействии ПеМП СНЧ на крыс изучалась зависимость биологической эффективности ПеМП в полосе частот 0,01 – 100 Гц [86, 87, 88]. Измерения проводились на крысах одновременно для трех значений напряженности: 5 нТл; 50 нТл и 5100 нТл. Биологический эффект на данной частоте исследовался с использованием сразу нескольких показателей системы крови, в том числе функциональной активности нейтрофилов. Было выяснено, что «спектр действия» ПеМП представляет собой систему биологически активных полос. Частоты, соответствующие этим биотропным полосам, равны 0,02; 0,06; 0,5-0,6; 5-6; 8-12 и 80 Гц. Биологических эффектов на других частотах в описываемых опытах не было обнаружено.
На разных частотах изменение данного показателя может иметь разные знаки. Так при исследовании влияния ПеМП с индукцией 0,1 мТл и частотами 3,4; 3,5; 7; 7,8; 15,6 и 18 Гц выявлено увеличение активности синтетического аппарата лимфоцитов, улучшение типа адаптационной реакции и повышение уровня иммунной реактивности [60].
Для физико-химических систем оказались эффективны ПеМП таких же частот [76, 92]. Исследования В. В. Леднева [76] скорости кристаллизации карбоната кальция из солевых растворов показали, что ПеМП частотой 5 и 6,3 Гц амплитудой 134 нТл; частотой 10Гц амплитудой 640 нТл оказывает статистически достоверное влияние на скорость кристаллизации, вызывая ее ингибирование.
В настоящее время частотную зависимость действия ПеМП объясняют параметрическим резонансом, подразумевая, что основной мишенью действия ПеМП являются внутриклеточные ионы Ca2+, K+, Na+, Mg2+ [75]. Однако теория параметрического резонанса не объясняет всех полученных результатов, т. к. резонансные частоты соответствуют диапазону 6,6-64 Гц [145]. Очевидно, необходимо расширить круг предполагаемых мишеней действия ПеМП, что и было сделано А. Б. Узденским [145].
Отклик на биоэффективные частоты может быть различным. Так, например ПеМП частотой 0,02 и 8 Гц оказывают противоположное действие на показатели периферической крови, в частности на функциональную активность лейкоцитов [86]. Показано также, что частоты 2; 8-10; 50; 72-74 Гц стимулируют, тогда, как частоты 32-34 Гц снижают скорость спонтанной дегрануляции тучных клеток [1].
Таким образом, в настоящее время в низкочастотном диапазоне выявлены частоты ПеМП, способные вызывать биологические эффекты, причем на разных частотах эффект может отличаться различным знаком.
Биологические системы реагируют на электромагнитный сигнал, модулированный такими же частотами несущей частоты в сотни мегагерц, причем сама несущая частота не вызывает биологических эффектов [181].
И. Г. Акоев и соавторы [9], использовали ЭМИ интенсивностью 10 мкВ/см2 на несущей частоте 915 мГц, модулированной импульсами с частотой от 2 до 20 Гц, в течение 10 мин. Установлено, что на частоте модуляции 4 и 6 Гц у животных в 3-4 раза снижается уровень тревоги и страха (р<0,05), в то время как при 20 Гц этот показатель имеет тенденцию к повышению при выраженном пассивно-оборонительном поведении. Результаты биохимического анализа показали, что ЭМИ, модулированное частотой 4 и 6 Гц вызывает повышение активности моноаминооксидазы на 45% и 60% соответственно (р<0,05), а при частоте 20 Гц подавляется активность этого фермента в гипоталамусе на 30% (р<0,05) [52].
Таким образом, частотные окна действия ПеМП СНЧ на клеточном, органном, тканевом и организменном уровнях в основном совпадают. Такая зависимость обнаруживается для ЭМИ и других диапазонов, например, КВЧ [50]. Можно утверждать, что это общебиологический эффект.
В настоящее время уже не вызывает сомнения тот факт, что ПеМП СНЧ, как и любого другого диапазона, может вызвать биологический ответ при очень низких значениях интенсивности – соответствующих нанотесловому и даже пикотесловому диапазонам. Сведения о минимальных значениях ЭП и МП, при которых зафиксирован биологический эффект, представлены в работе Н. А.Темурьянц и соавторов [139]. Если совсем недавно сам факт такого влияния вызывал острые дискуссии, то в настоящее время получены убедительные доказательства биологической эффективности ПеМП пикотеслового диапазона.
Было показано, что ПеМП с индукцией 640 пТл и частотой 10 Гц оказывает статистически достоверное влияние на скорость регенерации планарий и гравитропического изгиба в сегментах стеблей льна [15, 76]. Авторы сделали предположение, что «пороговые» величины индукции крайне слабых ПеМП могут оказаться намного ниже 640 пТл. При этом важно отметить, что биосистемы оказались способными детектировать «пикотесловые» магнитные поля на фоне значительно более интенсивного магнитного фона с частотой 50 Гц и с амплитудой 15 нТл.
Действительно, Chao Qin и соавторы [195] исследовали влияние ПеМП частотой 0,839 – 0,952 Гц индукцией 3,4 пТл на восприятие болевых висцеральных стимулов. Использовались 2 модели: 1 – растяжение перикарда путем введения в полость перикарда жидкости; 2 – растяжение пищевода наполнением водой пластикового баллона. Обнаружено, что ответы нейронов Т3 – Т4 после растяжения перикарда через 10-20 минут действия ПеМП изменились: у 75% нейронов уменьшались (у 24 из 32), увеличивались у 3 нейронов и не обнаружено реакции у 5 нейронов. Супрессия нейрональной активности продолжалась 1-2 часа. Ответ нейронов Т3 – Т4 в ответ на растяжение пищевода у крыс, подвергнутых действию ПеМП, был другой: у 39% нейронов зарегистрирован ингибирующий эффект, у 28% – стимулирующий, у 33% не было обнаружено никаких изменений. Таким образом, пикотесловое ПеМП уменьшает активность нейронов, вызванную болевым раздражением перикарда, но не пищевода.
Известны работы R. Sandyk [269, 270, 271, 272] которая с успехом использовала ПеМП частотой 5 Гц и 7 Гц индукцией 7,5 пТл для лечения неврологических болезней: болезни Паркинсона, множественного склероза. Высокую терапевтическую активность используемого ПеМП (способ запатентован) она связывает с оптимизацией деятельности эпифиза.
Заслуживает также внимания результат американских исследователей, описавших изменения ритмов периодом 20 сек. разнообразных внутриклеточных процессов в нейтрофилах, макрофагах, клетках фибросаркомы HТ–1080 под влиянием импульсного поля частотой 0,05 Гц напряженностью ≈ 10-5 в/м [266]. Следовательно, ЭП и МП сверхнизкой частоты при пикотесловых интенсивностях оказывают биологический эффект.
Таким образом, в настоящее время зарегистрирована биологическая активность ПеМП очень низкой интенсивности, что вполне соответствует современным представлениям о биологической активности сверхмалых воздействий или микродоз [26].
Выяснено также, что биологический эффект далеко не всегда возрастает с увеличением интенсивности ПеМП. В настоящее время общепризнано, что для каждой выделенной биоактивной частоты ПеМП («частотные окна») существует своя оптимальная интенсивность – амплитудные окна. Например, в работах S. M. Bawin и соавторов [181] показано, что минимальный выход ионов кальция из мозговой ткани приходится на частоту 6 и 16 Гц при оптимальной амплитуде. Этот эффект был особенно четко выражен при интенсивности 10 В/м, существенно уменьшался при 5 В/м и отсутствовал при 100 В/м.
В поле с амплитудой 134 нТл биологические эффекты наблюдаются на частотах 3 и 5 Гц, в то время как на частоте 4 Гц эффект отсутствует. При одновременном увеличении, как амплитуды, так и частоты поля в 3 раза (ВАС = 402 нТл, fAC = 15Гц) характер частотной зависимости не менялся: 9 и 15 Гц активны, 12 Гц – нет [75].
В настоящее время „амплитудные окна” описаны при исследовании различных физиологических реакций, развивающихся на действие ПеМП, а также для макромолекул [301].
Для эффективности восприятия электромагнитных полей существенное значение имеет форма сигнала. Было показано, что для данной частоты и амплитуды более эффективно воздействие импульсами [86]. Так Н. Н. Лебедева [73] установила, что импульсные и сложномодулированные ЭМП СНЧ диапазона ощущаются человеком достоверно лучше, чем синусоидальные. Наиболее эффективна форма спайка, напоминающая таковой при нервном возбуждении [150].
Продолжительность воздействия является важным фактором, определяющим величину и характер ответной реакции, развивающейся на действие слабых ПеМП. При определенных условиях эффект воздействия ПеМП СНЧ фиксируется уже через 0,5 – 7 минут [34]. По данным Н. Н. Лебедевой [73, 74] время реакции при восприятии человеком ПеМП СНЧ диапазона, лежит в пределах 5-60 секунд. Латентное время реакции на действие магнитного поля даже при значительно большей индукции, чем в эксперименте Н. Н. Лебедевой, находилось в пределах, 20-40 сек [150].
В других случаях не удается обнаружить ответной реакции ни через 3 часа, ни после 2-х кратных 3-х часовых экспозиций. Так, только после 3-х кратных 3-х часовых воздействий ПеМП частотой 5 Гц снижается процент правильных реакций при реализации двигательного пищевого условного рефлекса [128]. При многократных воздействиях развивается адаптация к действию ПеМП СНЧ.
Последействия магнитоиндуцированных реакций сохраняются в течение нескольких дней по изменениям морфологического состава периферической крови, белкового, липидного водно-солевого обменов, ферментативной активности в клетках и тканях, фагоцитарной активности нейтрофилов и других функций и процессов организма [67, 86, 92, 139].
Эффект действия ПеМП СНЧ значительно зависит от ориентации организма в геомагнитной поле. Так изучалось 10-ти минутное воздействие ПеМП в диапазоне частот от 0,01 до 10 Гц при индукции ±5нТл и ±50 нТл, (величина геомагнитного поля Земли составляла 40 мкТл) на 20 испытуемых (20-30 лет), которые были ориентированы головой в направлениях на Север или Восток. Было отмечено снижение амплитуды и изменение ритмов ЭЭГ в результате воздействия ПеМП у испытуемых, ориентированных головой на Север и усиление при ориентации в направлении на Восток. Примечательно, что изменения в содержании глюкозы, холестерина, кортизола, йодированного белка в крови и катехол – и индоламинов в моче были статистически достоверно выше у испытуемых с ориентацией головы на Север [286].
Важным параметром ПеМП, определяющим его биологический эффект, является поляризация. В опытах М. Kato [226] установлено, что эффективность по-разному поляризованного поля неодинакова. Циркулярно поляризованное ПеМП частотой 50 Гц индукцией более 1,4 мкТл снижало уровень мелатонина в плазме и эпифизе крыс. Эллиптически поляризованное поле с отношением 4:1 главной оси к меньшей не влияло на эти показатели ни при 1,4 мкТл, ни при 7 мкТл. Однако при изменении соотношения осей на 2:1 наблюдалось снижение концентрации мелатонина при индукции 7 мкТл. Линейно поляризованное поле индукцией 1мкТл не влияло на содержание мелатонина ни при вертикальной, ни при горизонтальной ориентации [227]. Однако при индукции 5 мкТл наблюдалось снижение концентрации мелатонина в плазме при тех же параметрах поляризации [228].
Таким образом, в настоящее время твердо установлено, что ПеМП СНЧ низких интенсивностей обладает выраженной биологической активностью. Полученные в ряде работ отрицательные результаты могут быть связаны со многими причинами. Во-первых – сложной зависимостью биоэффективности поля от параметров – в ряде исследований применяются ПеМП параметров не относящихся к биоактивным. Кроме того, невоспроизводимость результатов может быть связана с зависимостью биологических эффектов ПеМП от индивидуальной чувствительности.
1.3. Зависимость биологической эффективности ПеМП от свойств биологических объектов
Результаты многочисленных исследований свидетельствуют о том, что биологическая активность ПеМП различных диапазонов существенно зависит от свойств биологического объекта. Выявлено, что особенно чувствителен организм к воздействию поля в период эмбрионального развития. Воздействие на начальном этапе внутриутробного развития снижало нормальные сроки имплантации, вызывало появление разновеликих бластоцист, снижение числа рожденных плодов, увеличение мертворожденных, появление в одном помете очень мелких и очень крупных плодов [24, 200, 222, 236, 256].
Г. Ф. Суслова и соавторы [134] исследовала рождаемость и физическое развитие потомства от самок, помещенных во время беременности в ПеМП частотой 0,1 Гц индукцией 200 кТл. В этих опытах было обнаружено рождение ослабленного потомства у здоровых мышей, а у животных со спонтанной гипертонией – более раннее появление заболевания у потомства.
Описанные данные экспериментальных исследований согласуются с результатами клинико-статистических сопоставлений, согласно которым уровень геомагнитной активности в период органогенеза существенно влияет на физическое и психическое развитие новорожденных.
Результаты индивидуально-ретроспективного анализа гелиогеофизической обстановки в период эмбриогенеза детей с симптомокомплексом послеродовой энцефалопатии (СПЭ) показали, что только для 3-ей недели эмбриогенеза существует статистически достоверная взаимосвязь между этими показателями [151]. Более «интенсивное» воздействие геомагнитной активности на 3-ей неделе эмбриогенеза отражается не только на дальнейшем развитии различных структур, но и увеличивает риск угрозы выкидыша у их матерей на 7 неделе, в то время как «физиологическая» угроза выкидыша – с 9 недели эмбриогенеза. Установлено, что вероятность рождения детей с СПЭ снижается, если 1) год рождения матери и ребенка находятся в фазах максимума солнечной активности и в нечетных циклах (в 19 цикле – 1957-1960 гг., в 21 – 1988-1991 гг.), 2) год рождения матери и ребенка находятся в фазах минимума СА в четных циклах (в 20 цикле – 1963-1966 гг., в 22 цикле 1985-1987 гг.). Все другие сочетания увеличивают вероятность рождения ребенка с СПЭ.
Как повышение, так и понижение геомагнитной активности в период органогенеза является фактором риска для отклонения в развитии эмбриона (46, 151].
Выявлено, что антропометрические [32, 61], физиологические [63] и психофизиологические параметры [151] зависят от года рождения ребенка в ту или иную фазу СА. Так, у школьников Читы и Ачинского национального округа уровень систолического и диастолического давления оказывался тем выше, чем выше была СА в год их рождения [63].
Влияние геомагнитной активности на процессы роста подтверждается результатами исследования животных. Так, Д. И. Маликов [89] обнаружил, что воспроизводительная функция овец зависит от интенсивности космических лучей.
По мнению А. В. Трофимова [144] пренатальный геоэкологический дисбаланс можно рассматривать как важный фактор, способствующий проявлению многих патологических состояний человека. В свою очередь Н. В. Качергене [61], Р. Б. Верницкайте [28] показали, что организмы в антенатальном периоде развития более чувствительны к воздействию гелиогеофизических факторов, чем антропогенных. Эти данные полностью подтверждают теорию геофизического импринтинга [51, 58].
Показано также, что более чувствителен к действию ПеМП организм в молодом и старческом возрасте. В опытах А. М. Волынского [35] воздействию ПеМП частотой 8 Гц подвергали кроликов 2 и 4 лет. Выявлена брадикардия и снижение амплитуды зубцов Р и R, удлинение интервала pQ. У старых животных эти изменения сопровождались экстрасистолией.
Была обнаружена также более высокая чувствительность к слабому ПеМП частотой 8 Гц щенков, но не взрослых собак [136], молодых, но взрослых хомячков [297]. Более выраженная реакция на действие электромагнитного раздражителя развивалась у кроликов, чем у собак. Голуби реагируют на действие ПеМП более выражено, чем млекопитающие [128].
В последнее десятилетие внимание многих исследователей привлекает исследование реакций на действие ПеМП альбиносов. Объект исследования крысы – альбиносы [219, 241], песчанки альбиноса [282]. Было выяснено, что снижение пигментации особей снижает их чувствительность к действию ПеМП и свету. Этот феномен нуждается в дополнительном подтверждении и объяснении.
Все больше исследователей сталкивается с тем обстоятельством, что биологическая эффективность слабых ПеМП зависит от времени, когда происходит воздействие ПеМП. Так воздействие ПеМП в дневное время [292] в начале темновой фазы [296] не влияет на синтез мелатонина в эпифизе, но экспозиция ПеМП в середине и конце темновой фазы вызывает депрессию синтеза гормона, которая ярче выражена при экспозиции в конце темновой фазы. Эти данные убедительно свидетельствуют об изменении магниточувствительности в течение суток, что обусловлено циркадианной ритмикой функционального состояния организма.
Имеются сведения об изменении эффективности ПеМП в различные сезоны года, то есть сезонной ритмики магниточувствительности: она возрастает весной и снижается в зимние месяцы [86].
Чувствительность к действию поля меняется не только в различные фазы биологических ритмов, но и при изменении функционального состояния организма, вызванного действием какого-либо фактора, что полностью соответствует закону начальных значений.
C. W. Smith [280] убедительно продемонстрировал, что чувствительность к крайне слабым электромагнитным полям резко возрастает при аллергии, являющимся ярким примером, «сбоя регуляторных систем» [257]. При исследовании более чем 100 пациентов с аллергическими реакциями была диагностирована гиперчувствительность к ПеМП частотой от миллигерц до гигагерц [281]. То есть, как правило, гиперчувствительность к ПеМП чаще наблюдается у аллергиков.
Таким образом, многочисленные исследования свидетельствуют о том, что биологическая эффективность слабых ПеМП СНЧ существенно зависит от индивидуальных особенностей организма, от его исходного функционального состояния.
Вопрос о неодинаковой чувствительности различных индивидуумов к ЭМП перешел в чисто практическую плоскость в связи с описанием феномена гиперчувствительности к электрическим и магнитным полям [Hypersensitivity of human Subjects to Environmental electric and magnetic fields]. Этот термин был впервые введен В. Knave и соавторами [229], которые описали расстройства здоровья у отдельных лиц в связи с работой с видеотерминалами (ВДТ), использованием мобильных телефонов, офисной техники, домашних электроприборов, действием силовых линий электропередач, флуоресцентного света и т. д.
Вслед за В. Knave и соавторами [229] в несколько другой транскрипции (электрочувствительность, электрическая чувствительность, электромагнитная гиперчувствительность) термин применен и другими исследователями [173, 211, 229, 255, 268].
Был описан так называемый клинический портрет – комплекс расстройств здоровья, которые опрошенные связывали с работой в зоне источников ЭМП. Эти расстройства проявлялись или прогрессировали при работе в зоне действия ЭМП, усугублялись при увеличении сроков пребывания в ЭМП до 20 часов в неделю, и становились менее выраженными во время отпусков или при прекращении работы и имели благоприятный прогноз.
Впервые были описаны дерматологические проявления этого синдрома. Они заключались в появлении субъективных симптомов (зуд, жжение) и объективных симптомов (сыпь, сухость, покраснение и т. д.) кожи лица, шеи, кистей, предплечий. Чаще всего эти изменения локализовались на лице. Описан только один случай преимущественной локализации сыпи на коже кистей и предплечья в Северной Америке [203]. Обычно такие проявления диагностировались как себоррейная экзема, атонический дерматит, вульгарная сыпь и т. д.[185, 186, 187, 189, 238, 239].
Позднее были описаны общие симптомы гиперчувствительности: функциональные расстройства нервной системы, головокружение, слабость, головная боль, трудности концентрации, депрессия, тревожность, проблемы с памятью, боли в мышцах, затрудненное дыхание, сердцебиения, гастроинтестинальные симптомы [188, 229]. Эти изменения имели функциональный характер и не сопровождались органическими нарушениями.
C. W. Smith [280] приводит ряд типичных жалоб, характерных для лиц с повышенной чувствительностью к ЭМП: боли в руках, возникающие при пользовании электроутюгом, невозможность носить на руке электронные часы из-за возникающей вследствие этого сонливости, плохое самочувствие при работе на компьютере, вблизи линий электропередач и в присутствии люминесцентных ламп. К таким гиперсенситивам относился и известный изобретатель югослав Никола Тесла. Н. Тесла почти физически ощущал данный феномен. «Просто уму не постижим тот факт, что человек, который по праву называется основоположником электротехники, стал первым хорошо задокументированным случаем проявления гиперчувствительности к ПеМП» [281].
Описание «клинического портрета» гиперчувствительности базировалось на данных многочисленных исследований, которые можно условно разделить на несколько групп. Во-первых, это данные анкетирования лиц, работающих в зоне различных источников ЭМП (производственные условия), а также популяционные исследования. Так как в этих исследованиях испытуемые отвечали на вопросы анкет, то можно считать, что полученные данные несколько субъективны.
Были проанализированы данные анкетирования операторов видеотерминалов в Европейских городах. Два исследования были выполнены в Швеции на материалах 3 офисов Стокгольма (1480 опрошенных [238]); опрошено 38777 служащих 36 компаний 4 городов Швеции [186]. D. Koh и соавторы [230] проанализировали ответы 394 пользователей видеотерминалов различных типов в 2 компаниях Сингапура, а A. J.Carmichael and D. L. Roberts, [194] базировали свои описания на анализе данных оценки 3500 работников офисов в Swansea (Великобритания). Только в исследованиях, проведенных в Великобритании, был невысокий процент ответов (40% против 92-98% в Швеции, Сингапуре). Чаще всего имели место изменения кожи лица, сопровождающиеся болями в глазах, расстройством зрения, головной болью и болями в скелетных мышцах. Все эти симптомы ассоциировались с работой на видеотерминалах и не зависели от их типа.
Популяционные исследования проводились Европейской комиссией [202]. Анкеты были разосланы 138 центрам производственной медицины и 15 группам самопомощи из 15 различных европейских стран. Процент ответов был 49% в первом случае и 67% во втором. Анкеты содержали вопросы о частоте, проявлениях, степени выраженности симптомов гиперчувствительности к ЭМП.
В Северной Европе респонденты связывали симптомы расстройств здоровья с производственными условиями, в то время как в Германии и Ирландии чаще всего указывали на причинную связь с домашним оборудованием. В других станах (Франция) указывалось на источники ЭМП как в производственных условиях, так и дома. Чаще всего отмечались изменения кожи лица и неврологические симптомы. Была выявлена различная встречаемость этих симптомов в различных странах: от нескольких на миллион в Великобритании, Италии, Франции, до десятых процента в Дании, Ирландии, Швеции. По данным 2002 г. [216] в Швеции 1,5 % лиц 19-80 лет страдают гиперчувствительностью к ЭМП.
Гораздо чаще встречается гиперчувствительность среди жителей Северной Америки P. Levallois с соавторами [234, 235] обнаружили в Калифорнии 3,2 % (доверительный интервал 2,8-3,7) гиперчувствительных к ЭМП лиц.
Авторами проанализированы данные телефонного опроса 2072 калифорнийцев. В этом исследовании изучалась возможная связь между высокой чувствительностью к ЭМП и к химическим агентам (аллергия), для чего в анкету включались вопросы о наличии у респондента астмы, сенной лихорадки и других аллергических проявлений на действие различных химических агентов.
Cреди 2035 калифорнийцев, отвечавших на вопросы о чувствительности к ЭМП, выявлено 68 гиперсенситивов, что составляет 3,24% при доверительном интервале 95% (2,8-3,68). Средний возраст гиперчувствительных лиц составил 43,3 года, и средняя продолжительность наличия этих симптомов составила 18,5 лет (от 1 до 55 лет).
В этих исследованиях была обнаружена большая распространенность гиперчувствительности к ЭМП среди людей черной расы, у которых гиперчувствительность встречалась почти в 1,5 раза чаще, чем у европеоидов, а у выходцев из Мексики это явление встречалось в 4 раза чаще.
Чрезвычайно интересными являются также данные о том, что гиперчувствительность к ЭМП гораздо чаще регистрируется у людей с повышенной чувствительностью к различным химическим агентам [240, 255]. Эти данные совпадают с более ранними исследованиями [280].
Таким образом, исследования, проведенные в Калифорнии, не только подтвердили выводы европейских ученых о достаточно широкой распространенности гиперчувствительности к ЭМП, но выявили некоторые новые данные. Ясно, что, несмотря на относительно малую встречаемость этого явления, оно имеет важное социальное значение. Экстраполяция полученных данных на все население Калифорнии в 1998 году показывает, что около 770 тыс. людей являются магнитосенситивами, а 120 тыс. взрослого населения Калифорнии вынуждены были изменить работу в связи с этим явлением.
Таким образом, в популяционных исследованиях, проведенных в разных странах мира, выявлены лица с повышенной чувствительностью к ЭМП. Однако недостатком этих исследований явилось то, что этот симптом выявляли на основе самоанализа, и не подтверждали данными клинических исследований. Кроме того, исследовались только операторы видеотерминалов. Помимо того, известно, что хотя процент ответов был достаточно высок (50-80%), обычно в таких опросах, респондентами являлись более образованные люди с более высоким социальным статусом, что отражается на результатах исследования.
Поэтому для развития представлений о гиперчувствительности к ЭМП важное значение имеют исследования, в которых субъективные данные подтверждаются клиническими и лабораторными исследованиями.
Таким образом, в настоящее время интенсивно изучается индивидуальная чувствительность к ЭМП различных параметров. Наиболее распространенным приемом решения этой проблемы является воздействие электромагнитных излучений от различных источников на здоровых лиц, а также на лиц с самоопределенной электромагнитной гиперчувствительностью. Сравнение реакций людей этих 2-х групп свидетельствует об их вариабельности, но не позволяет ответить на вопрос о природе гиперчувствительности.
Второй тип исследований магниточувствительности заключается в поиске межиндивидуальных различий восприятия ЭМП. Так, в обстоятельном исследовании N. Leitgeb с соавторами [232], проведенном в Австрии, исследовали порог восприятия ЭМП частотой 50 Гц, интенсивностью от 5 мА до 1000 мА. Обследовано 708 взрослых лиц, из них 349 мужчин и 359 женщин, возрастом 17-60 лет. Использована методика двойного слепого воздействия. Обнаружено, что вариации электрочувствительности у здоровых людей при воздействии на предплечье имеют нормальное распределение, достаточно широкие пределы. Эти данные согласуются с более ранними результатами [198]. Выявлен высокий порог восприятия ЭМП для 1,2 % мужчин и 0,6 % женщин и 2% лиц, преимущественно женщин с низким порогом – электросенситивы. Несмотря на то, что выявлены широкие девиации порога восприятия ЭМП, они оказались гораздо ниже оценок сделанных на основе анализа субъективных симптомов, возникающих у лиц, подвергнутых действию ЭМП.
По самооценкам гиперчувствительных людей их порог восприятия больше такого «обычных лиц» в 20 раз, или даже 100 раз. В то же время как ряд исследователей [199, 259, 288, 287] оценивают эти различия коэффициентом 2-3, именно такой коэффициент учитывается в требованиях электробезопасности [232].
Важный вывод работы, проведенной N. Leitgeb и соавторами [232] состоит также в том, что магниточувствительность каждого индивидуума не является величиной постоянной, она варьирует c довольно широкой амплитудой и различными периодами.
Другие исследователи также сравнивали пороги восприятия у лиц с различной чувствительностью к ЭМП. Так U. Frick и соавторы [206] изучали пороги восприятия и моторные ответы транскраниальной магнитной стимуляции дорзолатеральной префронтальной коры одиночными стимулами различной интенсивности у 3-х групп испытуемых. Первую группу составили лица, считающие себя гиперчувствительными, 2 и 3 группы составили специально отобранные лица с низким и высоким уровнем жалоб на расстройства здоровья, возникающие при контакте с ЭМП. В исследовании не выявлено существенных различий в порогах восприятия и моторном ответе между испытуемыми 3-х групп, что, в общем, согласуется с данными N. Leitgeb и соавторов [232], однако склонность различать электромагнитные стимулы от ложных проб лучше выражена у лиц с высоким уровнем жалоб, но не у самоопределенных сенситивов. Таким образом, важной характеристикой гиперчувствительности является способность различать состояния включенного и выключенного источника ЭМП.
Результаты исследований Н. Н. Лебедевой [73] убедительно свидетельствуют о способности людей достоверно различать электромагнитное излучение инфранизкочастотного и миллиметрового диапазонов от пустых проб. Причем показано, что электромагнитная сенситивность определяется как индивидуально-типологическими особенностями, так и биотропными параметрами ЭМИ. Так, по времени реакции на ЭМП частотой 7 и 10 Гц интенсивностью 1мТл испытуемые были разделены на 3 группы: I – коротколатентные с временем реакции 10-20 сек., II – среднелатентные, у которых время реакции колебалось от 20 до 40 сек., и III – длиннолатентные, время реакции которых исчислялось 40-60 сек. Испытуемые I группы характеризовались самым высоким уровнем ложных тревог. Лица, принадлежащие ко II группе, обладали самой высокой способностью различать воздействия ЭМП от пустых проб.
Иные результаты получены при исследовании воздействия на испытуемых ЭМП миллиметрового диапазона. Обнаружено, что хуже всего распознается КВЧ-сигнал с длиной волны 8 мм, лучше – ЭМП с длиной волны 7,1 и 5,6 мм. При восприятии ЭМИ КВЧ обнаружено разделение испытуемых на 2 группы по времени реакции: на средне — и длиннолатентные.
Зависимость выраженности симптомов гиперчувствительности к ЭМП от параметров воздействующего электромагнитного стимула учтена в ряде исследований. Так, W. J. Rea и соавторы [258] исследовали 100 человек, которые объявили себя сверхчувствительными к ЭМП. Они были подвергнуты 3-х минутному воздействию ЭМП частотой от 0,5 Гц до 5 МГц. То есть каждый испытуемый реагировал на свою «индивидуальную» частоту. Интенсивность излучения составила 2900 нТл на уровне пола и 350 нТл на уровне стула, на котором сидел испытуемый во время экспозиции. Авторы обнаружили 25 человек, которые реагировали на 3 экспозицию в пространственно негомогенном МП (70 – 2900 нТл) в полосе частот 1Гц – 10 кГц, но не реагировали на мнимую экспозицию. Наиболее выражена была реакция на ЭМП частотой 1 Гц, 20Гц и 10 кГц.
I. Y. Belyaev с соавторами [182, 183, 184] исследовали действие ЭМП частотой 8 Гц, 50 Гц и ЭМП мобильных телефонов частотой 895-915 МГц со стандартной модуляцией для GSM. В этом диапазоне было выделено 124 частоты, которые различались друг от друга на 0,2 МГц. Это позволило определить «индивидуальную» частоту каждого испытуемого. В качестве тест-системы использовали лимфоциты крови самоопределенных сенситивов и лиц контрольных групп. Лимфоциты, полученные из периферической крови, подвергали воздействию МП различных параметров, а затем в них изучали повреждение ДНК, апоптоз и ответ на действие стрессора (тепловой шок). Было обнаружено, что ответ лимфоцитов контрольных и гиперчувствительных лиц на действие ЭМП частотой 50 Гц и GSM одинаков, но эффект действия более продолжителен у гиперсенситивов.
Таким образом, результаты проведенных исследований свидетельствуют о неодинаковой чувствительности различных индивидуумов к ЭМП различных параметров.
Учет индивидуальных особенностей имеет большое значение в клинической практике, в частности при проведении КВЧ-терапии.
Опыт клинических наблюдений показывает, что одним из важнейших факторов достижения максимальных результатов является правильно выбранная длина ЭМИ. Применяемые ранее методы подбора оптимальной длины волны на основе сенсорных ощущений больных не имели четко обоснованной теоретической и экспериментальной базы, страдали субъективизмом. Поэтому эти методы в настоящее время практически не применяются. М. В. Пославским, О. Ф. Зданович [116] разработан и внедрен в практику метод селективной КВЧ-терапии. В. А. Дремучев и Л. Е. Гедымин [53] индивидуальную длину волны (то есть чувствительность) определяют хемилюминесцентным анализом крови.
Вполне естественны попытки ряда исследований, выделить физиологические особенности, определяющие различную чувствительность к ЭМП. Психофизиологические тестирования трех групп лиц, по-разному реагирующих на ЭП, позволили определить их некоторые психофизиологические особенности [74]. Если по показателю времени простой двигательной реакции на световой и звуковой стимул различий между группами испытуемых выделено не было, то были обнаружены различия в значениях критической частоты слияния-мелькания. У лиц, плохо различающих как ЭМП СНЧ, так КВЧ (2 группа) отмечено снижение этого показателя. Болевой электрический порог у этой группы испытуемых был достоверно выше, чем у коротко — и длиннолатентных. Отмечены особенности спектров мощности ЭЭГ, которые сводились к следующему: у коротколатентных обнаружен максимальный пик в альфа диапазоне и усложнение спектрального рисунка в направлении от затылочной к лобным областям неокортекса. У лиц второй группы альфа пик был выражен более ярко, но спектр от затылочных областей к лобным менялся мало. В спектрах мощности ЭЭГ три обследуемые группы не отличались доминирующим ритмом [74].
По динамике психофизиологических показателей (тревожность, внимание, краткосрочная память и т. д.) был сделан вывод о том, что наиболее выраженные реакции на действие ЭМП КВЧ развивается у холериков и сангвиников, тогда как у меланхоликов эти реакции выражены очень незначительно [138].
В исследованиях Е. Н. Чуян [147] и В. П. Пономаревой [115], выявлено, что критерием чувствительности к ЭМИ КВЧ может служить коэффициент функциональной асимметрии у человека и животных – при его увеличении биологическая активность низкоинтенсивных ЭМИ КВЧ увеличивалась.
J. Wilen [293], А. Johansson с соавторами [221] обследовали сенситивов к действию ЭМП радиочастот в течение 30 минут с максимумом SAR в области головы 1 W/Kg, генерируемых антенной базовой станции 900 МГц GSM MP. Не было обнаружено никаких значительных различий физиологических и психологических показателей до воздействия ЭМП. Время реакции у гиперсенситивов было значительно больше, но только при первом предъявлении стимула, эти различия исчезали при его повторном предъявлении.
Была исследована чувствительность здоровых лиц к ПеМП частотой 0,001-10 Гц интенсивностью 1 и 2 мТл [98]. Испытуемый сидел в центре двухкомпонентных колец Гельмгольца, у него регистрировали ЭЭГ, ЧСС, КЧСМ и психофизиологический статус. Обнаружено, что часть испытуемых реагировала на ПеМП частотой 0,01-2 Гц. На основе анализа результатов исследования критической частоты слияния-мелькания они сделали вывод о преобладании у сенситивов тонуса симпатической нервной системы. В исследованиях Е. Lyskov [242] у гиперчувствительных к ЭМП лиц по сравнению с контрольной группой были обнаружены различия в частоте сердечных сокращений, спектрах сердечного ритма, электрокожного потенциала. Характеристики ЭЭГ у этих категорий лиц не различались. Кроме того, при решении математических задач эти показатели, а также характеристики альфа и тета ритмов ЭЭГ менялись по-разному.
В процессе поиска физиологических критериев электромагнитной гиперчувствительности особое внимание было обращено на исследование систем, на нарушение деятельности которых, жаловались сенситивы. Прежде всего, это нарушения сна, диагностируемые только по субъективным симптомам. В исследованиях N. Leitgeb и соавторов [232] изучалось влияние электромагнитных экспозиций на качество сна гиперсенситивов, а J. Schroetther с соавторами [273] исследовал его характеристики у гиперсенситивов при экранировании. Гиперсенситивность в обоих исследованиях определялась по порогам электрочувствительности. Для экранирования использовали Verum-экран. Для ложной экспозиции применяли искусственную ткань, которую нельзя было отличить от Verum ни визуально, ни тактильно. Исследовали сон у 9 добровольцев в течение 86 ночей. Обнаружено, что как при провокации ЭМП, так и при экранировании качество сна сенситивов ухудшается.
Таким образом, данные многочисленных исследований свидетельствуют о том, что чувствительность людей к действию различных факторов среды и в том числе ЭМИ неоднакова. Существует группа с повышенной чувствительностью, а также индивидуумы, которые отличаются крайне низкой реакцией на действие этих факторов. Между тем, в подавляющем большинстве исследований изучается реакция «средних» персон, и таким образом результаты исследований усредняются. Между тем эта реакция может колебаться в значительных пределах, а зачастую иметь различный знак. Так как до сих пор не удается выделить объективные критерии гиперчувствительности к ЭМИ у людей, особое значение для изучения индивидуальных различий реакций на действие ЭМИ приобретают опыты на животных.
Существуют работы, демонстрирующие различные реакции животных с неодинаковыми индивидуальными особенностями на действие слабых МП. Установлено, что воздействие ПеМП низкой интенсивности на животных с различными индивидуально-типологическими особенностями поведения (ИТОП) оказывает неодинаковое влияние на формирование УР [107, 163]. Например, воздействие ЭМП сверхнизкой интенсивности на животных с возбудимым типом нервной системы стабилизировало показатели выработки УР активного избегания темного пространства, в то время как у крыс с тормозным типом наблюдалось угнетение выработки УР. Замедление формирования данного рефлекса отмечено и у животных с неустойчивым типом нервной системы [163]. Показано также, что ЭМП (частота 4200 МГц, модулируемая квазистохастическим сигналом в диапазоне 20-20000 Гц при плотности потока энергии 15 мкВт/см2) стимулировало выработку двигательно-оборонительного УР у крыс с высоким уровнем возбудимости, а у животных с выраженным тормозным типом поведения – замедляло [164, 165].
Для отбора «сенситивов» используются различные тесты, но наиболее плодотворным оказалось использование в качестве такого теста метода «открытого поля».
Исследователи, применившие такой метод отбора, выделили три группы крыс, отличающихся друг от друга уровнем горизонтальной и вертикальной двигательной активности. Оказалось, что животные с низкой двигательной активностью (НДА), средней (СДА) и высокой (ВДА) реагируют на действие ПеМП с частотой 8 Гц индукцией 5 мкТл различно. Так как животные с СДА преобладают популяции, то следует считать их реакцию на действие ПеМП типичной. Эта реакция на 3-х часовое воздействие поля заключалась в снижении функциональной активности нейтрофилов, уменьшение на 30-34% экскреции норадреналина и адреналина с мочой. После 5 экспозиций неспецифическая резистентность, оцениваемая по цитохимическому статусу нейтрофилов, достигала исходного уровня или даже несколько превышала его, уменьшалась экскреция А на 3%, НА на 32%, возрастала интенсивность процессов торможения в ЦНС.
У крыс с ВДА первоначальная реакция на действие ПеМП развивалась гораздо позже – только после 5 воздействий. К девятым суткам эксперимента адаптация к действию ПеМП не развивалась.
При действии ПеМП на крыс с НДА имело место, более выраженное изменение исследованных показателей. После воздействия обнаружено снижение активности как гидролитических, так и энергетических систем нейтрофилов крови при возрастании бактерицидных. Эти изменения сопровождались активацией симпатоадреналовой системы: экскреция А и НА с мочой возрастала на 93% и 155% соответственно. Обнаружено также увеличение интенсивности возбуждения в ЦНС. К девятым суткам эксперимента адаптации к действию ПеМП не развивалось [45, 140].
Таким образом, крысы с различными индивидуально-типологическими особенностями по-разному реагируют на действие ПеМП. Эти данные дополняют результаты исследования З. А. Овечкиной и соавторов [109]. Согласно их результатам метаболические процессы в печени животных с различным уровнем двигательной активности в открытом поле под влиянием ПеМП частотой 8 Гц изменяются не одинаково. Изменение отдельных показателей у крыс выделенных групп может быть не только выражено по-разному, но и иметь различный знак.
Исследования В. С.Мартынюка и соавторов [93] продолжили поиск отличий в реакциях крыс с различным уровнем двигательной активности в открытом поле на действие ПеМП. Обнаружено, что у животных с НДА левое полушарие мозга практически не реагировало на действие ПеМП, т. к. ни один из исследованных авторами десяти биохимических показателей не изменялся. Гораздо более выраженные изменения были характерны для крыс с СДА и ВДА. В левом полушарии у крыс с СДА обнаружен заметный рост ТБК – активных продуктов, тогда как у животных с ВДА повышалась активность СДГ. В правом полушарии регистрировались несколько другие изменения: у крыс с НДА зарегистрировано снижение содержания продуктов свободно-радикального окисления. У крыс с СДА наблюдался рост ТБК активных продуктов. Это возрастание было выражено больше чем в левом полушарии. Такое увеличение содержания продуктов перекисного окисления липидов сопровождалось заметным снижением активности моноаминоксидазы. У крыс с ВДА имело место возрастание активности СДГ и снижение уровня моноаминоксидазы, более выраженные, чем у крыс с СДА.
Обнаружено также, что ПеМП вызывает неоднозначные изменения метаболических параметров в таламусе и гипоталамусе. У крыс с НДА обнаружено 30% возрастание суммарных тиоловых групп и активности моноаминоксидазы в гипоталамусе, снижение уровня ТБК-активных продуктов в таламусе, тогда как у крыс с СДА и ВДА не обнаружено каких-либо изменений в этих структурах. Автор делает вывод о том, что в реакциях крыс с СДА и ВДА на действие ПеМП более активную роль играет кора полушарий, а у крыс с НДА – подкорковые структуры. Реакция ЦНС характеризуется межполушарной асимметрией, в которой доминирующую роль играет правое полушарие.
Исследование В. А. Минко [95] существенно дополняет данные о зависимости реакции на действие ПеМП СНЧ от индивидуально-типологических особенностей. Обнаружено, что изменение инфрадианной ритмики показателей функционального состояния нейтрофилов у крыс с НДА гораздо больше выражено, чем у крыс с СДА. Ею показано, что результатом действия ПеМП является уравнивание параметров ритмики исследованных показателей у крыс с НДА и СДА.
Оказалось также, что крысам с различными типами поведения в тесте «открытого поля» присущи различные стратегии подстройки ритмики организма к ритмике геофизических факторов, «запаздывающая» у крыс с НДА, «сбалансированная» у крыс с СДА, и «опережающая» у крыс с ВДА. Ежесуточные 3-хчасовые воздействия ПеМП частотой 8Гц и индукцией 5 мкТл нивелируют различия в стратегиях подстройки физиологических процессов вариаций гелиогеофизических факторов [47].
Важно отметить, что в других диапазонах также выявлена зависимость реакций на действие слабых ЭМП от индивидуально-типологических особенностей. Так, Е. Н. Чуян [157] исследовала изменения неспецифической резистентности крыс, оцениваемой по цитохимическом статусу нейтрофилов, у крыс с различным уровнем двигательной активности в ОП при действии низкоинтенсивного ЭМИ миллиметрового диапазона. Ею обнаружено, что ЭМИ КВЧ у крыс всех выделенных групп повышает неспецифическую резистентность, особенно ярко это явление выражено у крыс с НДА. Сравнивая результаты исследования низкоинтенсивных ПеМП СНЧ [45] и ЭМИ КВЧ [157] следует отметить и существенные различия в их действии. Результатом действия этих факторов является возрастание показателей, характеризующих неспецифическую резистентность. Но при действии ЭМИ КВЧ уже однократное воздействие приводит к возрастанию исследованных показателей, которое прогрессирует по мере возрастания числа экспозиций. Реакция на действие ПеМП СНЧ более сложная – после первых воздействий имеет место снижение показателей функционального состояния нейтрофилов, сменяющееся после 3 воздействий их повышением и достигающая максимума после 9 воздействий. Оба фактора при многократном применении вызывают развитие НАРО активации.
Вышеприведенные факты дополняются данными о том, что характер метаболических изменений (ПОЛ, тиол-дисульфидный обмен, активность антиоксидантной системы, энергетический обмен в тканях печени), вызванных действием ПеМП со сложным спектром в диапазоне сверхнизких частот, зависит от индивидуально-типологических особенностей животных [72].
Таким образом, результаты многочисленных исследований свидетельствуют о ярко выраженной зависимости чувствительности или толерантности к действию ПеМП различных параметров, в том числе и к слабым ПеМП СНЧ от индивидуально-типологических особенностей. Однако, для выделения наиболее информативной характеристики гиперчувствительности необходимы серьезные дополнительные исследования реакций различных физиологических систем у животных с различными индивидуально-типологическими особенностями на действие ПеМП. У крыс с ВДА описан комплекс изменений вызванных действием ПеМП, однако инфрадианная ритмика чувствительных к действию ПеМП систем у крыс этой группы и её изменение под влиянием ПеМП не изучена, тогда как эти показатели у крыс-сенситивов описаны В. А.Минко [95]. В связи с этим задачей исследования явилось изучение инфрадианной ритмики показателей поведения и неспецифической резистентности у крыс с ВДА и их изменения под влиянием ПеМП СНЧ.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

Продолжение следует........

satsan
Сообщения: 563
Зарегистрирован: 05 янв 2009, 09:57

Re: Биологическая активность слабых полей СНЧ (обзор литературны

Сообщение satsan » 07 авг 2012, 11:55

Биологическая активность слабых полей СНЧ (обзор литературных данных)

1. Абу Хадда Р. Х. Реакции тучных клеток на действие слабых магнитных полей крайне низких частот: Автореф. дис. …канд. биол. наук. – Симферополь, 2003. – 20 с.
2. Агаджанян Н. А., Башкирова А. А., Власова И. Г. О физиологических механизмах биологических ритмов // Успехи физиол. наук. – 1987. – Т. 18, № 4. – С. 80-104.
3. Агаджанян Н. А., Шабатура Н. Н. Биоритмы, спорт, здоровье. – М.: Физкультура и спорт, 1989. – 203с.
4. Агаджанян Н. А., Власова И. Г. Влияние инфранизкочастотного магнитного поля на ритмику нервных клеток и их устойчивость к гипоксии // Биофизика. – 1992. – Т. 37, № 4. – С. 681-689.
5. Агулова Л. П. Основные принципы адаптации организма к космогеофизическим факторам // Биофизика. – 1998. – Т. 43, № 4. – С. 571-574.
6. Агулова Л. П. Биоритмологические закономерности формирования компенсаторно-приспособительных реакций в условиях клинической модели стресса: Автореф. дис. … д-ра биол. наук. – Томск, 1999. – 22 с.
7. Айзенк Г. Проверьте свои способности. – М. 1972. – 121 с.
8. Айрапетянц М. Г., Хоничева Н. М., Мехедова А. Я., Ильяна Вильяр. Реакции на умеренные функциональные нагрузки у крыс с индивидуальными особенностями поведения // ЖВНД. – 1980. – Т. 30, № 5. – С. 904.
9. Акоев И. Г., Семенова Т. П., Долгачева Л. П., Медвинская Н. И., Кожокару А. Ф. Влияние электромагнитного излучения на ферментную систему дезаминирования моноаминов и интегративную деятельность мозга // II съезд биофизиков России. Тезисы. (раздел 10: Действие физико-химических факторов на биологические системы). – М.– 1999. – С.31.
10. Алмазов В. А., Афанасьев Б. В., Зарицкий А. Ю. Физиология лейкоцитов человека. – Л.: Наука, 1980. – 232 с.
11. Арушанян Э. Б. Биоритмы и мы. – Ставрополь: Кн. изд-во., 1989. – 94 с.
12. Арушанян Э. Б., Арушанян Л. Г. Модуляторные свойства эпифизарного мелатонина // Проблемы эндокринологии. – 1991. – Т. 37, № 3. – С. 65-68.
13. Ашофф Ю. Биологические ритмы. – М.: Мир, 1984. – Т. 1. – 176 с.
14. Бахов Н. И., Александрова Л. З., Титов В. Н. Роль нейтрофилов в регуляции метаболизма тканей // Лабор. дело. – 1988. № 6. – С. 3-12.
15. Белова Н. А., Леднев В. В. Влияние крайне слабых переменных магнитных полей на гравитропизм растений // Биофизика. – 2001. – Т. 46, № 1. – С. 122-125.
16. Блиндарь В. Н., Зубрихина Г. Н. Современное представление о роли нейтрофилов в противоопухолевом иммунитете (обзор) // Клиническая лабораторная диагностика. – 2005. № 8. – С. 52-54.
17. Бобова В. П. Спектры колебаний АЕ-индекса и глобальные осцилляции Солнца: диапазон периодов 200-420 минут // Магнитосферные исследования. – 1989. – Т. 3, № 10. – С. 86-95.
18. Бокша В. Т., Богуцкий Б. В. Медицинская климатология и климатотерапия. – Киев: Здоров’я, 1980. – 260 с.
19. Бондаренко Л. А. Современные представления о физиологии эпифиза // Нейрофизиология. – 1997. – Т. 29, № 3. – С. 212-237.
20. Бортерашвили Н. М., Алешина Г. М., Сорокина М. Н., Иванова В. В., Корнева Е. А. Миелопероксидаза и лактоферрин в сыворотке крови и ликворе детей, больных менингитом // Медицинская иммунология. – 2002. – Т. 4, № 4-5. – С. 565-572.
21. Бреус Т. К., Чибисов С. М., Баевский Р. М., Шебзухов К. В. Хроноструктура биоритмов сердца и факторы внешней среды. – М.: Изд-во Российского университета дружбы народов, 2002. – 232 с.
22. Бреус Т. К. Влияние солнечной активности на биологические объекты: Автореф. дис. … доктора физ.-мат. наук. – М., 2003. – 31 с.
23. Бреус Т. К., Раппопорт С. И. Возрождение гелиобиологии // Природа. – 2005. – № 9 . – С. 54-62.
24. Бродовская З. И., Королев В. А., Нелюбина Э. Г. Влияние слабых ЭМП на некоторые показатели метаболизма лейкоцитов и воспроизводительную функцию самок млекопитающих // Влияние электромагнитных полей на биологические объекты: Тр. Крымского мед. ин-та. – Харьков: Харьковский мед. ин-т, 1973. – С.25-30.
25. Бродский В. Я., Нечаева А. В. Ритм синтеза белка. – М.: Наука, 1988. – 239 с.
26. Бурлакова Е. Б. Эффект сверхмалых доз // Вестник РАМ. – 1994. – Т. 64, № 5. – С.425-431.
27. Буслович С. Ю., Котеленец А. И., Фридлянд Р. М. Интегральный метод оценки поведения белых крыс в «открытом поле» // ЖВНД. – 1989. – Т. 39, № 1. – С. 168.
28. Верницкайте Р. Б. Патологические изменения у беременных женщин и их новорожденных на основании цитохимических исследований лейкоцитов крови: Автореф. дис… канд. мед. наук. – Минск, 1983. – 19 с.
29. Владимирский Б. М. О возможных факторах солнечной активности, влияющих на процессы в биосфере // Влияние солнечной активности на атмосферу и биосферу Земли. – М.: Наука, 1971. – С. 126-141.
30. Владимирский Б. М. Биологические ритмы и солнечная активность // Пробл. космич. биологии. – 1980. – Т. 41. – С. 289-316.
31. Владимирский Б. М. Солнечно-земные связи в биологии и явление «захвата» частоты // Пробл. космич. биологии. – 1982. – Т.43. – С. 166-173.
32. Владимирский Б. М., Сидякин В. Г., Темурьянц Н. А. Космос и биологические ритмы. – Симферополь, 1995. – 206 с.
33. Владимирский Б. М., Темурьянц Н. А. Влияние солнечной активности на биосферу – ноосферу (Гелиобиология от А. Л.Чижевского до наших дней). – М.: Изд-во МНЭПУ, 2000. – 374 с.
34. Власова И. Г., Ли А. В., Фролов В. А. Влияние инфранизкочастотного магнитного поля на устойчивость нервных клеток к гипоксии // Патол. физиология и эксперим. терапия. – 1988. № 3. – С. 17-21.
35. Волынский А. М. Изменение сердечной и нервной деятельности у животных различного возраста при воздействии электромагнитными полями малой напряженности и низкой частоты // Влияние электромагнитными полями на биологические объекты: Тр. Крым-мединститута. – Харьков: Хар. мед. ин-т, 1973. – Т. 53. – С. 7-13.
36. Волынский А. М. Изменение сердечной и нервной деятельности у животных при действии электромагнитными полями низкой частоты и малой напряженности // Проблемы космич. биологии. – 1982. – Т. 43. – С. 98-109.
37. Гаркави Л. Х., Квакина Е. Б. Представления о норме, предпатологии и патологии в связи с системой адаптационных реакций // Гомеостатика живых и технических систем. – Иркутск, 1987. – С. 43-45.
38. Гаркави Л. Х., Квакина Е. Б., Шихлярова А. И., Кузьменко Т. С., Барсукова Л. П., Марьяновская Г. Я., Шейко Е. А., Евстратова О. Ф., Жукова Г. В. Магнитные поля, адаптационные реакции и самоорганизация живых систем // Биофизика. – 1996. – Т. 41, № 4. – С. 898-905.
39. Гаркави Л. Х., Квакина Е. Б., Кузьменко Т. С. Антистрессорные реакции и активационная терапия. Реакция активации как путь к здоровью через процессы самоорганизации. – М.: «Имедис», 1998. – 656 с.
40. Гедымин Л. Е., Колпикова Т. Е., Балакирева Л. З. и др. Применение хемолюминесцентного метода при КВЧ-терапии // Миллиметровые волны в биологии и медицине. – 1997. № 9-10. – С.3-7.
41. Герман С. В. Мелатонин у человека // Клиническая медицина. – 1993. – Т. 71, № 3. – С. 22–30.
42. Глыбин Л. Я. Внутрисуточная цикличность проявления некоторых заболеваний. – Владивосток: Изд-во Дальневосточного ун-та, 1988. – 188 с.
43. Гогатишвили Л. М. Геомагнитные предвестники интенсивных землетрясений в спектре геомагнитных пульсаций // Геомагнетизм и аэрономия. – 1984. – Т. 24, № 4. – С. 697-700.
44. Гогатишвили Л. М. О тенденции повторяемости пульсаций геомагнитного поля // Геомагнетизм и аэрономия. – 1969. – Т. 9, № 4. – С. 774-780.
45. Грабовская Е. Ю. Реакция крыс с различными индивидуальными особенностями двигательной активности на действие слабого ПеМП СНЧ: Автореф. дис. … канд. биол. наук. – Симферополь, 1992. – 23 с.
46. Григорьев П. Е., Хорсева Н. И. Геомагнитная активность и эмбриональное развитие человека // Биофизика. – 2001. – Т. 46, № 5. – С. 919-921.
47. Григорьев П. Е. Связь инфрадианной ритмики физиологических процессов у животных с вариациями гелиогеофизических факторов: Автореф. дис. … канд. биол. наук. – Симферополь, 2005. – 20 с.
48. Григорьев П. Е., Мартынюк В. С., Темурьянц Н. А. О связи активности дегидрогеназ с гелиогеофизическими факторами // Гелиофизические процессы и биосфера. – 2005. –Т. 4, №1/2. – С. 71-75.
49. Губин Г. Д., Горловин Е. Ш. Суточные ритмы биологических процессов. – Новосибирск: Наука, 1980. – 278 с.
50. Девятков Н. Д., Голант М. Б., Бецкий О. В. Особенности медико-биологического применения миллиметровых волн. – М.: ИРЭ РАН, 1994. – 164с.
51. Деряпа Н. Р., Казначеев В. П., Трофимов А. В. К изучению феномена электромагнитного импритинга // Хронобиология сердечно-сосудистой системы. – М.: Изд-во УДН, 1988. – С. 90-91.
52. Долгачева Л. П., Семенова Т. П., Абжалелов Б. Б., Акоев И. Г. Влияние электромагнитных импульсов на активность моноаминоксидазы А в мозге крыс // Радиационная биология. Радиоэкология. – 2000. № 40. – С. 429- 432.
53. Дремучев В. А., Гедымин Л. Е. КВЧ-терапия в амбулаторной практике // Сб. докл. 11 Российс. симпоз. с международным участием « Миллиметровые волны в медицине и биологии». – М.: МТА КВЧ. – 1997. – С.41.
54. Дыгай А. М., Клименко Н. А. Воспаление и гемопоэз. – Томск, 1992. – 312 с.
55. Евстафьева Е. В. Изменение показателей липидного обмена и системы крови у крыс при адаптации к гипокинезии: Автореф. дис. … канд. биол. наук. – Л., 1986. – 24 с.
56. Емельянов И. П. Формы колебания в биоритмологии. – Новосибирск: Наука, 1976. – 127 с.
57. Задермане А. А. Некоторые вопросы хронобиологии и хрономедицины. – Рига: Зинатне, 1988. – 213 с.
58. Казначеев В. П., Михайлова Л. П. Биоинформационная функция естественных электромагнитных полей. – Новосибирск: Наука, 1985. – 181с.
59. Камынина И. Б. Влияние слабого переменного магнитного поля сверхнизкой частоты на инфрадианную ритмику физиологических систем, контролируемых эпифизом: Автореф. дис. … канд. биол. наук. – М., 1996. – 12 с.
60. Карнаухова Н. А., Сергиевич Л. А., Квакина Е. Б. и др. Исследование функционального состояния синтетического аппарата лимфоцитов крови при действии слабых низкочастотных магнитных полей // Биофизика. – 2000. – Т. 45, № 4. – С. 716-722.
61. Качергене Н. В., Верницкайте Р. Б., Дайлидене Н. К. Геокосмические факторы в адаптации внутриклеточной энергии при патологии беременных женщин, родильниц и детей // Биофизика. – 1992. – Т. 37, № 4. – С. 705-709.
62. Кириллова А. В. Возрастные и половые особенности поведения крыс при воздействии слабых переменных магнитных полей: Автореф. дис. … канд. биол. наук. – Симферополь, 1995. – 24 с.
63. Козлов В. А., Козлова А. К., Незнакова А. З., Наледаков Б. Н. Влияние солнечной активности на изменение некоторых соматометрических и физиологических показателей в процессе акселерации. – В кн..: Физико-математические и биологические проблемы действия электромагнитных полей и ионизации воздуха: В 2-х т. М.: 1975, т. 2, с. 67-70.
64. Комаров Ф. И., Чиркова Э. Н., Суслов Л. С., Немов В. В. Связь годовых биоритмов числа лейкоцитов в периферической крови здоровых людей с гелиогеофизическими ритмами // Военно-мед. журн. – 1987. № З. – С.27-32.
65. Комаров Ф. И. Хронобиология и хрономедицина – Москва: Медицина, 1989. – 399 с.
66. Коплик Е. В., Салиева Р. М., Горбунова А. В. Тест открытого поля как прогностический критерий устойчивости к эмоциональному стрессу у крыс линии Вистар // ЖВНД. – 1995. – Т. 45, № 4. – С.775-781.
67. Копылов А. Н. Модифицирующее влияние слабых переменных магнитных полей на некоторые показатели функционального состояния и радиорезистентность животных: Автореф. дис. … канд. биол. наук. – Пущино-на-Оке, 1984. – 20 с.
68. Краковский М. Э. Активность узловых окислительно-восстановительных ферментов у кроликов с разными типологическими особенностями // ЖВНД. – 1987. – Т. 37, № 3. – С. 457-461.
69. Кулагин Д. А. Эмоциональность и типологические свойства нервной системы // Дифференциальная психофизиология и ее генетические аспекты. – М.: 1975. – C. 74.
70. Кулагин Д. А., Болондинский В. Е. Нейрохимические аспекты эмоциональной реактивности и двигательной активности крыс в новой обстановке // Успехи физиол. наук. – 1986. – Т. 17, № 1. – С. 92.
71. Куличенко А. М. Изменение активности нейронов коры и тегментума мозга кошки при воздействии слабого магнитного поля крайне низкой частоты: Автореф. дис. … канд. биол. наук. – Симферополь, 1995. – 24 с.
72. Кучина Н. Б., Мартынюк В. С. Влияние ПеМП со сложным спектром на процессы перекисного окисления и антиоксидантную систему в разных тканях у белых крыс // Таврический медико-биологический вестник. – 2004. – Т. 7, № 1. – С. 159-166.
73. Лебедева Н. Н. Реакции центральной нервной системы человека на электромагнитные поля с различными биотропными параметрами: Автореф. дис. … доктора биол. наук. – Москва, 1992. – 48с.
74. Лебедева Н. Н., Котровская Т. И. Электромагнитная рецепция и индивидуальные особенности человека // Миллиметровые волны в биологии и медицине. – 1996. – № 7. – С.14-19.
75. Леднев В. В. Биоэффекты слабых, комбинированных, постоянных и переменных магнитных полей // Биофизика. – 1996. – Т. 41, № 1. – С. 224-232.
76. Леднев В. В., Белова В. А., Рождественская З. Е., Тирас Х. П. Биоэффекты слабых переменных магнитных полей и биологические предвестники землетрясений // Геофизические процессы и биосфера. – 2003. – Т. 2, № 1. – С. 3-11.
77. Ли А. В. Влияние сверхслабых магнитных полей на устойчивость организма к гипоксии и на макро-микроэлементный состав сердечной мышцы: Автореф. дис. … канд. биол. наук. – Москва, 1990. – 16 с.
78. Ливанова Л. М., Лукьянова Л. Д., Торшин В. И. Влияние длительной адаптации к гипоксии на поведенческие реакции в «открытом поле» крыс с разным типом поведения // ЖВНД. – 1993. – Т. 43, № 4. – С. 808 –813.
79. Ливанова Л. М., Ноздрачева Л. В., Курочкина Е. В., Айгапетянц М. Г. Нормализующее влияние аэроинов на невротизированых крыс с разными типологическими особенностями поведения // ЖВНД. – 1995. – Т. 45, № 2. – С. 402–409.
80. Ливанова Л. М., Левшина И. П., Ноздрачева Л. В. Профилактическое влияние отрицательно заряженных аэроинов при остром стрессе у крыс с разными типологическими особенностями поведения // ЖВНД. – 1996. – Т. 46, № 3. – С. 564–570.
81. Ливанова Л. М., Левшина И. П., Ноздрачева Л. В., Элбакидзе М. Г., Айгапетянц М. Г. Защитное действие отрицательных аэроинов при остром стрессе у крыс разными типологическими особенностями поведения // ЖВНД. – 1998. – Т. 48, № 3. – С. 554–557.
82. Лилли Р. Патологическая техника и практика гистохимии. – М.: Мир, 1969. – 648 с.
83. Лиманский Ю. П., Колбун Н. Д. Возможные механизмы взаимодействия низкоинтенсивных электромагнитных излучений с организмом человека // Теория и практика информационно-волновой терапии / Под ред. Н. Д. Колбуна. – К., 1996. – С. 30-42.
84. Логинов А. Г. Состояние энергетического метаболизма лимфоцитов регионарного лимфатического узла при имплантации никелида титана // Журн. Бюллетень СО РАМН. – 2005. – №2(166). – С.139-142.
85. Мазинг Ю. А. Функциональная морфология катионных белков лизосом нейтрофильных гранулоцитов: Автореф. дис. … д-ра биол. наук. – СПб., 1993. – 46 с.
86. Макеев В. Б. Экспериментальное исследование физиологического действия ЭМП инфранизкой частоты: Автореф. дис. … канд. биол. наук. – Симферополь, 1979. – 25 с.
87. Макеев В. Б., Темурьянц Н. А. Исследование частотной зависимости биологической эффективности магнитного поля в диапазоне геомагнитного поля (0,01-100 Гц) // Пробл. космич. биологии. – 1982. – Т. 43. – С. 116-128.
88. Макеев В. Б., Темурьянц Н. А., Владимирский Б. М., Тишкин О. Г. Физиологически активные инфранизкочастотные магнитные поля // Электромагнитные поля в биосфере. – М.: Наука, 1984. – Т.2. – С.62-72.
89. Маликов Д. И. Связь изменений качества семени баранов-производителей с вариациями геомагнетизма. – В кн.: Тр. ВНИИ овцеводства и козоводства. Ставрополь, 1972. – Т. 1, № 32. – С. 225–227.
90. Малыгина В. И. Симпатоадреналовая система крыс при адаптации к гипокинезии: Автореф. дис. … канд. биол. наук. – Симферополь, 1989. – 23 с.
91. Маркель А. Л. К оценке основных характеристик поведения крыс в тесте «открытого поля» // ЖВНД.– 1981. – Т. 31, № 2. – С. 301-307.
92. Мартынюк В. С. Влияние слабых переменных магнитных полей инфранизких частот на временную организацию физиологических процессов: Автореф. дис. … канд. биол. наук. – Симферополь, 1992. – 15 с.
93. Мартынюк В. С., Мартынюк С. Б. Влияние экологически значимого переменного магнитного поля на метаболические параметры головного мозга животных // Биофизика. – 2001. – № 46. – С. 910-914.
94. Маянский А. П., Маянский Д. Н. Очерки о нейтрофиле и макрофаге. – Новосибирск: Наука, 1983. – 256 с.
95. Минко В. А. Инфрадианная ритмика физиологических процессов у крыс с низкой двигательной активностью в тесте открытого поля под действием слабого переменного магнитного поля сверхнизкой частоты: Автореф. дис. … канд. биол. наук. – Симферополь, 2005. – 20 с.
96. Михайлов А. В. Функциональная морфология нейтрофилов крови крыс в процессе адаптации к гипокинезии: Автореф. дис. … канд. биол. наук. – Симферополь, 1985. – 25 с.
97. Михайлова-Лукашева В. Д., Скрипаль А. В., Мельников В. П. и др. К исследованию слабых электромагнитных полей на человека // Доклады АН БСССР. –1972. – Т. 16. – С. 1147-1150.
98. Михайловский В. М., Красногорський М. М., Войчижин К. С., Грабер Л. I., Жигар В. М., Про сприймання людьми слабких магнітних полів // Доп. АН УРСР. – 1969. – Т. 106, № 10. – С. 929-934.
99. Моисеева Н. И., Сысуев В. М. Временная среда и биологические ритмы. – Л.: Наука, 1981. – 128 с.
100. Моргун З. К. Функціональні властивості системи зсідання крові в залежності від особливостей психофізичного статусу людини: Автореф. дис. … канд. біол. наук. – Сімферополь, 1993. – 18 с.
101. Московчук О. Б. Вплив низькоінтенсивного електромагнітного випромінювання надзвичайно високої частоти на інфрадіанну ритміку фізіологічних процесів: Автореф. дис. .… канд. биол. наук. – Симферополь, 2003. – 20 с.
102. Нагоев Б. С. Катионный белок лейкоцитов и его значение. – Нальчик: Эльбрус, 1982. – 102 с.
103. Нарциссов Р. П. Применение n-нитротетразолия фиолетового для количественной цитохимии дегидрогеназ лимфоцитов человека // Арх. Анат. – 1969. № 5. – С. 55-91.
104. Нарциссов Р. П. Прогностические возможности клинической цитохимии // Советская педиатрия. – М.: Медицина, 1984. – № 2. – С. 267-294.
105. Нарциссов Р. П., Шищенко В. М., Петрийчук С. В. Влияние факторов внешней среды на ферментный статус лейкоцитов крови человека // Современные проблемы изучения и сохранения биосферы. – 1992. – Т. 2. – С. 27-33.
106. Небылицин В. Д. Психологические исследования индивидуальных различий. – М.: Наука, 1976. – 243 с.
107. Никольская К. А., Ещенко О. В., Шпинькова В. Н. Особенности исследовательского поведения крыс линии Вистар в постоянном неоднородном магнитном поле // ЖВНД. – 1997. – Т. 47, № 4. – С. 684-692.
108. Норекян Т. П., Тишанинова Л. В., Холодов Ю. А. Влияние низкочастотного переменного магнитного поля на формирование рефлексов избегания у крыс // ЖВНД. – 1987. – Т. 37, № 3. – С. 485-488.
109. Овечкина З. А., Мартынюк В. С., Мартынюк С. Б., Кучина Н. Б. Влияние переменного магнитного поля крайне низкой частоты на метаболические процессы в печени животных с различными индивидуально-типологическими особенностями // Биофизика. – 2001. – Т. 46, №. 5. – С. 915-918.
110. Окон Е. Б., Семенова Т. П., Грищенко Н. И. Подавления энергетического обмена в коре головного мозга крыс при депривации катехоламинергических систем // Метаболическая регуляция физиологического состояния. – Пущино, 1984. – С. 67.
111. Перцов С. С., Мещеряков А. Ф., Глушков Р. Г., Судаков К. В. Импульсная активность нейронов латерального гипоталамуса у крыс при микроионофоретическом введении мелатонина и норадреналина // Российский физиол. журнал им. И. М. Сеченова. – 2002. – Т. 88, № 12. – С. 1521–1529.
112. Петричук С. В. Влияние инфранизкочастотного слабого ЭМП и небольших изменений атмосферного давления на ферментный статус лимфоцитов: Автореф. дис. … канд. биол. наук. – М., 1985. – 23 с.
113. Петричук С. В., Гайтинова А. А., Шищенко В. М., Нарциссов Р. П. Модуляция энергетического обмена лимфоцитов ребенка естественными физическими факторами // Биофизика. – 1992. – Т. 37, № 4. – С. 72-78.
114. Пигаревский В. Е. О молекулярном уровне некоторых общепатологических процессов // Архив патологии. – 1990. – Т. 52, № 1. – С. 5–11.
115. Пономарьова В. П. Роль індивідуального профілю функціональної асиметрії людини і тварин у реалізації фізіологічної діі низькоінтенсивного електромагнітного випромінювання надвисокої частотини: Автореф. дис. … канд. биол. наук. – Харьков, 2004. – 20 с.
116. Пославский М. В., Зданович О. Ф., Жуковицкий А. В. и др. Основные механизмы клинической эффективности применения КВЧ-терапии // Тезисы докл. VII Всесоюзн. Семинара «Применение КВЧ-излучений низкой интенсивности в биологии и медицине». –М.: ИРЭ АН СССР. – 1989. – С. 5.
117. Пресман А. С. Электромагнитные поля и живая природа. – М.: Наука, 1968. – 288 с.
118. Прочуханов Р. А. Задачи и перспективы количественной гистохимии // Арх. патологии. – 1975. – Т. 37, № 2. – С. 77-84.
119. Путилов А. А. Системообразующая роль синхронизации в живой природе. – Новосибирск: Наука, 1987. – 144 с.
120. Пшенникова М. Г. Феномен стресса. Эмоциональный стресс и его роль в патологии // Патол. физиол. –2001. – № 2 .- С. 26-30.
121. Рикитаки Т. Предсказание землетрясений. – Москва: Мир, 1979. – 338 с.
122. Робинсон М. В., Топоркова Л. Б., Труфакин В. А. Морфология и метаболизм лимфоцитов. – Новосибирск: Наука, 1986. – 125 с.
123. Робинсон М. В. Морфология и метаболизм лимфоцитов в норме и при дестабилизирующих воздействиях при аутоиммунных процессах и заболеваниях: Автореф. дис. … д-ра мед. наук. – Новосибирск, 1994. – 58 с.
124. Роговин В. В., Пирузян Л. А., Муравьев Р. А. Пероксидазосомы. – М., 1977.– 78 c.
125. Саркисова К. Ю. Связь между типом поведения, особенностями окислительного метаболизма мозга и устойчивостью к патогенным воздействиям. Дис. … д-ра биол. наук. – М., 1997. – 56 с.
126. Семагин В. Н., Зухарь А. В., Куликов М. А. Тип нервной системы. Стрессоустойчивость и репродуктивная функция. – М.: Наука, 1988. – 133 с.
127. Сидякин В. Г, Темурьянц Н. А., Макеев В. Б., Владимирский Б. М. Космическая экология. – Киев: Наукова думка, 1985. – 176 с.
128. Сидякин В. Г. Влияние глобальных экологических факторов на нервную систему. – Киев: Наукова думка, 1986. – 160 с.
129. Симонов П. В. Условные реакции эмоционального резонанса у крыс // Нейрофизиологический подход к анализу внутривидового поведения. – М.: Наука, 1976. – С. 8.
130. Славинский А. А, Г. В.Никитина. Содержание катионных белков в нейтрофилах крови при гнойном перитоните // Клиническая лабораторная диагностика. – 2001. № 10. – С.9.
131. Соколов В. В., Нарциссов Р. П., Иванов Л. А. Цитохимия ферментов в проф. патологии. – М.: Медицина, 1975. – 120 с.
132. Степанова О. А. Влияние солнечной активности на заболеваемость и смертность населения Севастополя // Международный крымский семинар «Космос и биосфера». – Партенит, Крым. – 2001. – С. 140-142.
133. Степанюк И. А. Электромагнитные поля крайне низких частот как важнейший экологический фактор // Международный крымский семинар «Космос и биосфера». – Партенит, Крым. – 2001. – С. 7-9.
134. Суслова Г. Ф., Петричук С. В., Беневоленский В. Н. Влияние геомагнитных факторов на физическое развитие и патологию человека и животных // Хронобиология сердечно-сосудистой системы: Сб. научных трудов – М.: Изд-во УДН, 1988 – 102 с.
135. Тверской П. Н. Курс метеорологии – Москва: Гидрометиздат, 1962. – 162 с.
136. Темурьянц Н. А. Влияние слабых ЭМП сверхнизкой частоты на морфологию и некоторые показатели метаболизма лейкоцитов периферической крови: Автореф. дис. … канд. мед. наук. – Симферополь, 1972. – 20 с.
137. Темурьянц Н. А., Евстафьева Е. В., Макеев В. Б. Влияние гипокинезии в сочетании с электромагнитными полями на некоторые морфологические и цитохимические аспекты лейкоцитов крови крыс // Тез. докл. VI Всесоюз. конф. по экологической физиологии. – М., 1982. – Т. 4. – С. 51-52.
138. Темурьянц Н. А. Нервные и гуморальные механизмы адаптации к действию неионизирующих излучений: Автореф. дис. … д-ра биол. наук. – М.,1989. – 44с.
139. Темурьянц Н. А., Владимирский Б. М.. Тишкин О. Г. Сверхнизкочастотные электромагнитные сигналы в биологическом мире. – Киев.: Наукова думка, 1992. – 188 с.
140. Темурьянц Н. А., Чуян Е. Н., Шехоткин А. В. Инфрадианная ритмика функционального состояния нейтрофилов и лимфоцитов крови крыс с различными конституционными особенностями // Биофизика. – 1995. – Т. 40, № 5. – С. 1121-1125.
141. Темурьянц Н. А., Шехоткин А. В., Насилевич В. А. Магниточувствительность эпифиза // Биофизика. – 1998. – Т. 43, № 5. – С. 761-765.
142. Темур`янц Н. А., Шехоткин О. В., Роль епіфіза в організації інфрадіанної ритміки фізіологічних систем // Нейрофизиология. – 1999. – Т. 31, № 2. – С. 157-161.
143. Троицкая В. А., Большакова О. В., Матвеева Э. Т., Шепетнов Р. В. Особенности возбуждения микропульсаций в цикле солнечной активности // Геомагнетизм и аэрономия. – 1969. – Т. 9, № I. – С. 129-135.
144. Трофимов А. В. Новые горизонты геокосмической медицины. Феномен гелиофизического импритирования. – Новосибирск: Изд-во Лада. – 2001. – 220 с.
145. Узденский А. Б. О биологическом действии сверхнизкочастотных магнитных полей: резонансные механизмы и их реализация в клетках // Биофизика. – 2000. – Т.45, № .5. – С. 888-892.
146. Уильямс Р. Биохимическая индивидуальность. – М.: Изд-во иностр. лит., 1960. – 296 с.
147. Функциональные асимметрии у человека и животных: влияние низкоинтенсивного электромагнитного излучения миллиметрового диапазона / Е. Н. Чуян, Н. А. Темурьянц, В. П. Пономарева, Н. В. Чирский. – Симферополь: ЧП «Эльиньо», 2004. – 440 с.
148. Холодов Ю. А. Реакция нервной системы на электромагнитные поля. – М.: Наука, 1975. – 207 с.
149. Холодов Ю. А. Организм и магнитные поля // Успехи физиол. наук. – 1982. – Т. 13, № 2. – С. 48-67.
150. Холодов Ю. А., Лебедева Н. П. Реакции нервной системы человека на электромагнитные поля. – М.: Наука, 1992. – 135 с.
151. Хорсева Н. И., Григорьев П. Е. Возможная роль гелиофизических факторов в развитии симптомокомплекса послеродовой энцефалопатии // Геофизические процессы и биосфера. – 2005. – Т. 4, №1/2. – С.98-100.
152. Чегодарь А. Я. Влияние электромагнитных полей низкой частоты и различной напряженности на сердечно-сосудистую систему: Автореф. дис. … канд. мед. наук. – Симферополь, 1973. – 20 с.
153. Чиркова Э. Н., Суслов Л. С., Абраменко М. М., Криворучко Г. Е. Месячные и суточные биоритмы амилазы сыворотки крови здоровых мужчин и их связь с ритмами внешней среды // Лабораторное дело. – 1990. – Т. 4. – С. 40-44.
154. Чирський М. В. Модифiкацiя неспецифiчних адаптацiйних реакцiй за допомогою низкоiнтенсивного електромагнiтного випромiнювання надто високоi частоти: Автореф. дис. … канд. бiол. наук. – Сiмферополь, 2003. – 20с.
155. Чичельницкий А. М. Волновая структура, квантование и мегаспектроскопия солнечной системы // Динамика космических аппаратов и исследование космического пространства. – М.: Машиностроение, 1986. – С. 57-74.
156. Чубинский С. М. Биоклиматология. – Москва: Медицина, 1965. – 192 с.
157. Чуян Е. Н. Влияние миллиметровых волн нетепловой интенсивности на развитие гипокинетического стресса у крыс с различными индивидуальными особенностями: Автореф. дис. … канд. биол. наук. – Симферополь, 1992. – 20 с.
158. Чуян Е. Н. Нейроиммуноэндокринные механизмы адаптации к действию низкоинтенсивного электромагнитного излучения крайне высокой частоты: Автореф. дис. … доктора биол. наук. – Симферополь, 2004. – 42 с.
159. Шабатура Н. Н. Механизм происхождения инфрадианных биологических ритмов // Успехи физиол. наук. – 1989. – Т. 20, № 3. – С. 83–103.
160. Шарова Е. В., Новикова М. Р., Михеева Т. С., Шишкина Л. В., Лущекина Е. А. Локальное разрушение латерального вестибулярного ядра Дейтерса (экспериментальная модель очагового поражения ствола мозга). // ЖВНД. – 1996. – Т. 46, № 3. – С. 583-591.
161. Шехоткин А. В. Влияние переменного магнитного поля сверхнизкой частоты на инфрадианную ритмику количественных и функциональных характеристик лейкоцитов крови у интактных и эпифизэктомированных крыс: Автореф. дис. … канд. биол. наук. – Симферополь, 1995. – 25 с.
162. Шкловский И. С. Радиоастрономия. – Москва: Гос. изд-во технико-теоретич. литературы, 1953. – 162 с.
163. Штемберг А. С., Черняков Г. М., Узбеков М. Г., Шихов С. Н., Базарян А. С., Жулин В. В., Мошанская М. А. Действие электромагнитных полей сверхнизкой интенсивности на поведение крыс с разными типологическими особенностями нервной деятельности // Тез. докл. I Междунар. конгр. «Слаб. и сверхслаб. поля и излучения в биол. и медицине». – Санкт-Петербург, 1997. – С. 101-102.
164. Штемберг А. С. О соотношении показателей индивидуальной неспецифической реактивности и резистентности в поведении животных // Изд. РАН. Серия «биология». – 2000. № 4. – С. 469-477.
165. Штемберг А. С., Узбеков М. Г., Шихов С. Н., Базарян А. С., Черняков Г. М. Некоторые нейротропные эффекты электромагнитных волн малой интенсивности у крыс с разными типологическими особенностями высшей нервной деятельности // ЖВНД. – 2000. – Т. 50, № 5. – С. 867-877.
166. Шубич М. Г. Выявление катионного белка в цитоплазме лейкоцитов с помощью бромфенолового синего // Цитология. – 1977. – Т. 16, № 10. – С. 1321-1322.
167. Шумилина К. А. Пространственно-моторная асимметрия в поведенческих реакциях крыс: Автореф. дис. … канд. биол. наук. – Симферополь, 1994 – 24 с.
168. Щепетков Р. В., Троицкая В. А., Довня Б. В. Электромагнитное излучение с центральной частотой 2 Гц во время мощного циклона 9.06.84 г. // Докл. АН СССР., 1986. – Т. 290, № 3. – С. 582-585.
169. Эллисон М. А. Солнце и его влияние на Землю. – Москва: Гос. изд-во физико-математич. литературы, 1959. – 254 с.
170. Aarons J., Henissart M. Low-frequency noise in the range 0,5-20 cps. // Nature. – 1953. – Vol. 172, №. 4380. – P. 682-684.
171. Adey W. R. Long-range electromagnetic field interactions at brain cell surface // Magnetic field effects on biological system. – Tenforde: Plenum Press., 1978. – P. 55-57.
172. Adey W. R. Frequency and power window in tissue interactions with weak electromagnetic fields // Proc. IEEE. – 1980. – Vol. 68 (1). – P. 119.
173. Anderson B., Berg M., Arnetz B. B., Melin L., Langlet I., Liden S. A cognitive-behavioral treatment of patients suffering from "electrical hypersensitivity" // J. Occup. Environ. Med. – 1996. – V. 38. – P.752-758.
174. Arendit J., Deverson S., Folhard S. Use of melatonin in circadian rhythm disturbance associated with jet-lag and shift work // J. Interdiscip. Cycle Res. – 1992. – Vol. 23. – P. 136-138.
175. Arendt J. Impotence and relevance of melatonin to human biological rhythms // J. Neuroendocrinol. – 2003. – Vol. 15, № 4. – P. 427-431.
176. Babior B. M. The megaloblastic anemias. En: Beutler E, Lichtman MA, Coller BS, Kipps TJ. // Williams Hematology. Fifth ed. – New York: McGraw-Hill, 1995. – P. 471-489.
177. Bakos J., Nagy N., Thuroczy G., Szabo L. D. Urinary 6-sulphatoxymelatonin excretion is increased in rats after 24 hours of exposure to vertical 50 Hz, 100 mT magnetic field // Bioelectromagnetics. – 1997. – Vol. 18, No. 2 – P. 190-192.
178. Black D. R., Heynick L. N. Radiofrequency (RF) effects on blood cells, cardiac, endocrine and immunological functions // Bioelectromagnetics Supplement. – 2003. – Vol. 6. – P. 187–195.
179. Bardasora J. L, Meyer A. J., Picazo L. Ultrastructure of pineal cells of the homing pigeon Columbia Bivia an magnetic fields (first trials) // J. Hirnforsch. – 1985. – Vol. 26, № 4. – P. 471-475.
180. Barrenetxe J., Delagrange P., Martinez J. A. Physiological and metabolic functions of melatonin // J. Physiol. Biochem. – 2004. – Vol. 60, № 1. – P. 61-72.
181. Bawin S. M., Shappard A. R., Adey W. R. Possible mechanisms of Weak electromagnetic field coupling in the brain tissue // Bioelectrochemistry and Bioenergetics. – 1978. – V. 5. – P. 67-76.
182. Belyaev I. Y., Alipov E. D., Harms-Ringdahl M. Effects of weak ELF on E. coli cells and human lymphocytes: role of genetic, physiological and physical parameters. – In: Electricity and Magnetism in Biology and Medicine / F. Bersani. –N. Y.: Kluwer Academic., 1999. – P. 481-484.
183. Belyaev I. Y., Shcheglov V. S., Alipov E. D., Ushakov V. D. Non-thermal effects of extremely high frequency microwaves on chromatin conformation in cells in vitro: dependence on physical, physiological and genetic factors // IEEE Transactions on Microwave Theory and Techniques. – 2000. – Vol. 48. – P. 2172-2179.
184. Belyaev I. Y and Alipov E. D. Frequency-dependent effects of ELF magnetic field on chromatin conformation in Escherichia coli cells and human lymphocytes // Biochim. Biophys Acta. – 2001. – Vol. 1526. – P. 269-276.
185. Berg M. Skin problems in workers using visual display terminals among office employees // J. Work Environ Health V: Dermatologic factors. Scand. – 1981. – Vol. 7. – P. 62-67.
186. Berg M., Liden S., Axelson O. Facial complaints and work at visual display units // J. Am Acad. Dermatol. – 1990. – V. 22. – P. 621-625.
187. Berg M., Arnetz B. B., Liden S., Eneroth P., Kallner A. Techno-stress. A psychophysiological study of employees with VDU-associated skin complaints // J. Occup Med. – 1992. – V. 34. – P. 698-701.
188. Bergdahl J. Psychological aspects of patients with symptoms presumed to be caused by electricity or visual display units // Acta Ondotol Scand. – 1995. – V. 53. – P. 304-310.
189. Bergqvist U., Wahlberg J. E. Skin symptoms and disease during work with visual display terminals // Contact Dermatitis. – 1994. – V. 30. – P. 197-204.
190. Borregaard N., Kjeldsen L., Rygaard K., Bastholm L., Nielsen M. H., Sengelov H., Bjerrum O. W., Johnsen A. H. Stimulus-dependent secretion of plasma proteins from human neutrophils // J. Clin Invest. – 1992. – V. 90(1). – P. 86-96.
191. Boxer L. Nature cell – mediated immunity against tumor. // Williams Hematology:- 5th ed. Ed. R. B. Herberman. — New York. – 1995. – P. 228-244.
192. Burch J. B., Reif J. S., Yost M. G., Keefe T. J., Pitrat C. A. Reduced excretion of a melatonin metabolite in workers exposed to 60 Hz magnetic fields // Am J. Epidemiol. – 1999. — Vol. 150, No. 1. — P. 27 – 36.
193. Campbell W. H. Geomagnetic pulsations. – In: Physics of Geomagnetic phenomena // Acad. Press. – 1967. – V. 2. – P. 8282.
194. Carmichael A. J., Roberts D. L. Visual display units and facial rashes // Contact Dermatits. – 1992. – Vol. 26. – P.63–64.
195. Chao Qin, Evans J. M., Yamanashi W. S., Sherlang B. I., Foreman R. D. Effects on rats of low intensity and frequency electromagnetic field stimulation on thoracic spinal neurons receiving noxious cardiac and esophageal inputs // Neuromodulation. – 2005. – Vol. 8. – P. 79.
196. Crasson M., Beckers V., Pequeux C., Claustrat B., Legros J. J. Daytime 50 Hz magnetic field exposure and plasma melatonin and urinary 6-sulfatoxymelatonin concentration profiles in humans // J Pineal Res. – 2001. – Vol. 31(3). – P. 234-241.
197. Csernus V., Mess B. Biorhythms and pineal gland // Neuro. Endocrinol. Lett. – 2003. – Vol. 24, № 6. – P. 404-411.
198. Dalziel C. F. “Quantitative Effects of Electricity on Man” University of California, mimeographed summary paper, furnished by the author, 1953.
199. Dalziel C. F. The threshold of perception currents. AIEE Trans Power App. Syst. – 1954. – Vol. 73 – P. 990-996.
200. Delgado J. R.M. Biological effects of extremely low frequency electromagnetic field // Biomagnetism: application and theory. – N. Y.: Pergamon Press., – 1985. – P. 443-445.
201. Dubbels R. // Polarsterm Abstracts. G. Hempel. Ed Bremerhaven. Alfred Wegener Institute for Polar and Marine Research. – 1987. – Vol. 1. – P. 45.
202. European Commission. Possible Health Implications of Subjective Symptoms and Electromagnetic Fields. A Report Prepared by a European Group of Experts for the European Commission, DG V. Solna, Sweden: National Institute or Working Life, 1997.
203. Feldman L. R, Eaglstein W. H, Johnson R. B. Terminal illness [Letter] // J. Am Acad Dermatol. – 1985. – Vol. 12. – P.366.
204. Fischer W. H. The radio noise spectrum from ELF to EHF// J. Atmosph. a. terrest. physics. – 1965. – Vol. 4, No 27. – P. 475-478.
205. Foa A., Bertolucci C. Toward a seasonal model of the circadian system: the case of Ruin lizards // Front. Biosci. – 2003. – Vol. 1, No 8. – P. 236- 242.
206. Frick U., Kharraz A., Hauser S., Wiegand R., Rehm J., Ulla von Kovatsits and Eichhammer P. Comparison Perception of Singular Transcranial Magnetic Stimuli by Subjectively Electrosensitive Subjects and General Population Controls // Bioelectromagnetics. – 2005. – Vol. 26. – P. 287-298.
207. Gavalas — Medici R. T., Walter G. O., Hamer J. R., Adaey W. R. Effects of low-level, low-frequency electric fields EEG behavior in Macaca nemestrina // Brain Res. – 1970. – No18. – P.491-501.
208. Gavalas — Medici R. T., Day- Magdaleno S. P. ELF electric fields effects schedule controlled behavior on monkeys // Nature. – 1976. – Vol. 261. – P 256-257.
209. Goldberg P. A. Electromagnetic phenomena of naturalorigin in the 1-50 c/s band // Nature. – 1956. – Vol. 177. – P. 1219.
210. Graham C., Cook M. R., Riffle D. W. Human melatonin during continuous magnetic field expose // Bioelectromagnetics. – 1996. – Vol. 18. – P. 166-171.
211. Grant L. The Electrical Sensitivity Handbook: How electromagnetic fields (EMFs) are making people sick. – Prescott, AZ: Lucinda Grant, Weldon Publishing, – 1995. – 194 p.
212. Halberg F. Chronobiology // Ann. Rev Physiol. – 1969. – Vol. 31. – P. 675-725.
213. Halberg F., Breus T. K, Cornelissen G. et al. Chronobiology in Space. – Minnesota University Medtronic Seminar. – 1991. – V.13 – 12/1. – Р.21.
214. Halberg F., Comelissen G., Cardandente A., Bakken E., Young E. Chronobiologic perspective ofintemative health care reform for the future of children // Chronobiology Laboratories of Minnesota. – 1993. – № 3. – P. 4.
215. Hall C. S. Emotional behavior in the rat. Defecation and urination as measures of individual differences in emotionality // J. Comp. Physiol. – 1934. – Vol. 18. – P. 38-58.
216. Hillert L., Berglind N., Arnetz BB. Bellander T. Prevalence self-reported hypersensitivity to electric of magnetic field in population-based questionnaire survey. Scand. J. Environ. Health. – 2001. – Vol. 28, No 1. – P. 33-41.
217. Homna K., Homna S., Kohsaka M., Fukuda N. Seasonal variation in the human circadian rhythm: dissociation between sleep and temperature rhythm // Am. J. Physiol. – 1992. – Vol. 262. – P. 885-891.
218. Hong Seung Cheol, Yoshika Kurokawa, Michinori Kabuto, Ryutaro Ohtsuka Chronic Exposure to ELF Magnetic Fields during night sleep with electric sheet: effects on diurnal melatonin rhythms in man // Bioelectromagnetics. – 2001. – Vol. 22, No. 2. – P. 138-143.
219. Jentsech A., Lehmann M., Schone E., Thoss F., Zimmermann G. Weak magnetic fields change extinction of a conditioned reaction and daytime melatonin levels in the rats // Neurosci. Lett. – 1993. – Vol. 157. – P. 79-82.
220. Jeong J. H., Choi K. B., Yi B. C., Chun C. H., Sung K. Y., Sung J. Y., Gimm Y. M., Huh I. H., Sohn U. D. Effects of extremely low frequency magnetic fields on pain thresholds in mice: roles of melatonin and opioids // J. Auton. Pharmacol. – 2000. – Vol. 20, № 4. – P. 259 – 264.
221. Johansson A., Sandström M. , Nordin S. A comparison of personality and other individual –related factors in subjects with mobile phone related symptoms and subject with electrical hypersensitivity. A questionnaire study. National Institute for Working Life, 2Dept of Psychology, Umeå Univ. Bioelectromagnetics, Dublin, Ireland. – 2005. – P-B-59. – P. 377-378.
222. Juutilainen J. P. Effects of Low Frequency Magnetic Fields on Chick Embryos. Dependence on Incubation Temperature and Storage of the Eggs// Z. Naturforsch. – 1986. – Vol. 41. – P 156-160.
223. Kane R. P. Power spectrum of geomagnetic indexes // Proc. Indian Acad. Sciences (Earth Blanet. Sci.). – 1980. – Vol. 95, No 1. – P. 1-2.
224. Kaplow L. S. A Histochemical prosedure for localizing and evaluation leukocyte alkaline phosphatase activity in smears of blood and marrow // Blood. – 1955. – No. 10. – P. 1023–1029.
225. Karasek M., Woldanska-Okonska M., Czernicki J., Zylinska K., Sweietoslawski J. Chronic exposure to 2,9 mT, 40 Hz magnetic field reduces melatonin concentrations in humans // J. Pineal Res. – 1998. – Vol. 25, No 4. – P. 240–244.
226. Kato M., Honma K., Shigemitsu T., Shiga Y. Circularly polarized 50 Hz magnetic field exposure reduces pineal gland melatonin and blood concentrations of long-evens rats // Neurosci. Let. – 1994. – Vol. 166, No 1. – P. 59-62.
227. Kato M., Honma K., Shigemitsu T., Shiga Y. Horizontal or vertical 50 Hz, 1-microT magnetic fields have no effect on pineal gland or plasma melatonin concentration of albino rats // Neurosci. Lett. – 1994. – Vol. 168, № 1-2. – P. 205-208.
228. Kato M., Homna K., Shigemitsu T., Shiga Y. Recovery of nocturnal melatonin concentration takes place within one week following cessation of 50 Hz circularly polarized magnetic field exposure for six weeks // Bioelectromagnetics. – 1994. – Vol. 15, № 5. – P. 489-492.
229. Knave B., Bergqvist U., Wibom R. “Hypersensitivity to electricity”- a workplace phenomenon related to low frequency electric and magnetic fields. – In: Worldwide Achievement in Public and Occupational Heath Protection Association, 1992. – P. 1121-1124.
230. Koh D., Goh C. L., Jerayaratnam, Ong C. N. Determatological symptoms among visual display unit operators using plasma display and cathode ray tube screens // Ann Acad. Med. – 1990. – Vol. 19. – P. 617-620.
231. Korf H. W., Von Gall C., Stehle J. The circadian system and melatonin: lessons from rats and mice // Chronobiol. Int. – 2003. – Vol. 20, № 4. – P. 697-710.
232. Leitgeb N., Schrotter J. Electrosensibility and Electromagnetic Hypersensitivity // Bioelectromagnetics. – 2003. — Vol. 24. – P. 387-394.
233. Lerchel A., Nonaka K. O., Stokkan K. A., Reiter R. J. Marked rapid alterations in nocturnal pineal metabolism in mice and rats exposed to week intermittent magnetic fields // Biochemical and biophysical research communications. – 1990. – Vol. 169, No. 1. – P. 102-108.
234. Levallois P. Hypersensitivity of human subjects to environmental. Electric and Magnetic Field Exposure: A review of the literature // Environmental health perspective. – 2002. – Vol. 110(4). – P. 613-618.
235. Levallois P., Neutra R., Lee G., Hristova L. Study of selfreceived hypersensitivity to electromagnetic fields in California // Environ Health Perspect. – 2003. – 110 (4). – P. 619-623.
236. Levin M. Bioelectromagnetics in morphogenesis // Bioelectromagnetics. – 2003. – Vol. 24. – P. 295-315.
237. Lewy A. J., Ahmed S., Jackson J. M., Sack R. L. Melatonin shifts human circadian rhythms according to a phase-response curve. // Chronobiol. Int. – 1992. – Vol. 9. – P. 380-392.
238. Liden C., Wahlberg J. E. Work with video display terminals among office employees. V: Dermatologic factors. // Scand J Work Environ Health. – 1985. – Vol. 11. – P. 489-493.
239. Liden C., Wahlberg J. E. Does Visual display terminal work provoke rosacea // Contact. Dermat. – 1985. – 110 (4). Vol. 13. – P. 235-241.
240. Liden S. "Sensitivity to electricity"—a new environmental epidemic // Allergy. – 1996. – Vol. 51. – P. 519-524.
241. Loscher W., Mevissen M., Lerchl A. Exposure of female rats to a 100-microT 50 Hz magnetic field does not induceconsistent changes in nocturnal levels of melatonin // Radiat. Res. – 1998. – Vol. 150, No. 5. – P. 557-567.
242. Lyskov E. Provocation study of persons with perceived electrical hypersensitivity and controls using magnetic field exposure and recording of electrophysiological characteristics // Bioelectromagnetics. – 2001. – Vol. 22. – P. 457-462.
243. Maywood E. S., Hastings M. H., Max M., Ampleford E., Menaker M., London A. S. Circadian and daily rhythms of melatonin in the blood and pineal gland of free-running and entrained Syrian hamsters // J. Endocrinol. – 1993. – Vol. 136. – P. 65-73.
244. Monteleone P., Esposito G., La Rocca A., Maj M. Does bright light suppress nocturnal melatonin secretion more in women than men? // J. Neural Transm. Gen. Sect. – 1995. – Vol. 102, No. 1. – P.75-80.
245. More-Ede M. C., Sulzman F. M., Fuller C. A. The time that clocks us // Cambridge, Commonwealth Fund. – 1982. – P. 52-60.
246. Nabokina S, Egea G., Blasi J., Mollinedo F. Intracellular Location of SNAP-25 in Human Neutrophils // Biochem. Biophys. Res. Commun. – 1997. – Vol. 239, No 2. – P. 592-597
247. Ochoa L., Waypa G., Mahoney J. R. Jr, Rodriguez L, Minnear FL. Contrasting effects of hypochlorous acid and hydrogen peroxide on endothelial permeability: prevention with cAMP drugs // Amer. J. Respir. Crit. Care. Med. – 1997. – Vol. 156, No 4. – P. 1247-1255.
248. Ogawa J., Tonaka J., Miura I., Owaki M. ELF hoise-bursts and escillatorions associated with the solarflare of July 7, 1966. // Rep. of Ionosphere and space research in Japan. – 1966. – V. 20, No 4. – Р. 528.
249. Pavlenko V. B., Kulichenko A. M. Influence of Extreme Frequency Electromagnetic Fields on cat behavior and neural activity of locus coeruleus. // Biophysics. – 2004. – Vol. 49, No 1. – P. S111–S114.
250. Petty, H. R., Worth R. G., Kindzelskii A. L. Imaging sustained dissipative patterns in the metabolism of individual living cells // Phys. Rev. Lett. – 2000. – Vol. 84. – P. 2754-2757.
251. Petty, H. R. Neutrophil oscillations: temporal and spatiotemporal aspects of cell behavior // Immunol. Res. – 2001. – Vol. 23. – P. 85-94.
252. Pfluger D. H., Minder C. E. Effects of exposure to 16.7 Hz magnetic fields on urinary 6-hydroxymelatonin sulfate excretion of Swiss railway workers // J. Pineal Res. – 1996. – No. 21. – P. 91-100.
253. Piersce E. T. Some ELF phenomena — jres NBS D // Radio Propagation. – 1960. – Vol. 4, No 64. – P. 383.
254. Polk G., Fitchen F., Schumann W. O. Resonances of ears ionosphere cavity – extremely low frequency reception at Kingston // Radio Propagation. – 1962. – Vol. 3, No. 66. – P. 313.
255. Portier CJ, Wolfe MC. Assessment of Health Effects from Exposure to Power-Line Frequency Electric and Magnetic Fields. Working Group Report. Research Triangle Park. NC: National Institute of Environmental Health Sciences, 1998.
256. Ramires E., Monteguado J. l. Oviposition and development of drosophyles modified by magnetic fields // Bioelectromagnetics. – 1983. – Vol. 4. – P. 315-326.
257. Rea W. J., Butler J. R., Laseter J. L., et al. Pesticides and braun function changes in a controlled environment // Clin. Ecol. – 1984. – 2, No 3. – P. 145-150.
258. Rea W. J., Pan Y., Fenyves E. J., Sujisawa. L., Samadi N., Ross G. H. 1991. Electromagnetic field sensitivity // J. Bioelectromagnetics. – 1991. – Vol. 10. – P. 241-256.
259. Reilly J. P. From electrical stimulation to electropathology. – New York: Springer-Verlag. – 1998. P.72
260. Reiter R. J. Meteorologie and Elektisitat der Atmoshere. – Leipzing.: Akad. Verl., 1960. – P. 383.
261. Reiter R. J., Anderson L. E., Buschdom R. E., Wilson B. W. Reduction of the nocturnal rise in pineal melatonin levels in rats exposed to 60-Hz electric fields in utero and for 23 days after birth // Life sci. – 1988. – Vol. 42, No. 22. – P. 2203-2206.
262. Reiter R. J. Melatonin aspects of exposure to low frequency electric and magnetic fields // Advances in electromagnetic fields in living systems. – 1997. – Vol. 2. – P. 1-27.
263. Reiter R. J., Tan D. X., Poeggeler B., Kave R. Inconsistent suppression of nocturnal pineal melatonin synthesis and serum melatonin levels in rats exposed to pulsed DC magnetic fields // Bioelectromagnetics. – 1998. – V. 19, No. 5. – P. 318-329.
264. Reuss S., Olcese J., Magnetic field effects on the rat pineal gland: role of retinal activation by light // Neurosci. Lett. – 1986. – Vol. 64. – P. 97-101.
265. Rosen H., Michel B. R. Redundant contribution of myeloperoxidase-dependent systems to neutrophil-mediated killing of Escherichia coli // Infect. And Immun. – 1997. – Vol. 65, No 10. – P. 4173-4178.
266. Rosenspire A. J., Kindzelskii A. L., Petty H. R. Pulsed DC electric fields couple to natural NAD(P)H Oscillations in HT — 1080 fibrosarcoma cells // Journal of Cell Science. – 2001. – Vol. 114, No 8. – P.1515-1520.
267. Saito T. Geomagnetic Pulsations // Space Sci. Rev., – 1969. – Vol. 10, No 3. – P. 319.
268. Sandstrom M., Lyskov W., Berglund A., Medvedev S., Hansson K. Neurophysiological effects of flickering light in patients with perceived electrical hypersensitivity // J Occup Environ Med. – 1997. – Vol. 39. – P.15-22.
269. Sandyk R. Weak magnetic fields antagonize the effects of melatonin on blood glucose levels in Parkinson’s disease // Int. J. Neuroscience. – 1993. – Vol. 68, No. l-2. – P. 85-91.
270. Sandyk R., Derpapas K. Further observations on the unique efficacy of picoTesla range magnetic fields in Parkinson’s disease // Int. J. Neuroscience. – 1993. –Vol. 69, No. l-4. – P. 167-183.
271. Sandyk R., Iacono R. P. Reversal of visual neglect in Parkinson’s disease by treatment with picoTesla range magnetic fields // Int. J. Neuroscience. – 1993. –Vol. 73, No. l-2. – P. 93 – 107.
272. Sandyk R. Rapid normalization of visual evoked potentials by picoTesla range magnetic fields in chronic progressive multiple sclerosis // Int. J. Neuroscience. – 1994. –Vol. 77, No. 304. – P. 243 – 259.
273. Schroettner J., Leitgeb N. Is the sleep quality of hypersensitive persons associatet with their electrosensitivity? , Roman Cech. Institute of Clinical Engineering, Graz Univ. of Technology, Austria // Abstract collection. Bioelectromagnetics. – Dublin, Ireland. – 2005, – Vol. 2-5. – P. 19-21.
274. Schumann U. O. Uber die Damfung der electromagnetischen Eigenwingungen des systems erde – luft- Ionosphare // Z. Naturwsch. – 1952. – Vol. 7. – P. 250.
275. Selmaoui B., Touitou Y. Sinusoidal 50 Hz magnetic fields depress rat pineal NAT activity and serum melatonin: role of duration and intensity of exposure // Life Sci. – 1995. – Vol. 57. – P. 1351-1358.
276. Selmaoui B., Touitou Y. Age-related differences in serum melatonin and pineal NAT activity and in the response of rat pineal to a 50-Hz magnetic field // Life Sci. – 1999. – Vol. 64, No. 24. – P. 2291-2297.
277. Semm P., Schneider T., Vollratch L. The effects of an earth strength magnetic field on the electrical activity of pineal cells // Nature. – 1982. – Vol. 288. – P.607-608.
278. Seze de R., Ayoub J., Peray P., Miro L., Touitou Y. Evaluation in humans of the effects of radiocellular telephones on the circadian patterns of the melatonin secretion, a chronobiological rhythm marker // J. Pineal Res. – 1999. – Vol. 27, No 4. – P. 237-342.
279. Sieron A., Labus L., Nowak P., Cieslar G., Brus H., Durczok A., Zagzil T., Kostrzewa R. M., Brus R. Alternating extremely low frequency magnetic field increases turnover dopamine and serotonin in rat frontal cortex // Bioelectromagnetics. – 2004. – Vol. 25, No 6. – P. 426-430.
280. Smith C. W. Electromagnetic effects in humans // Biological Coherence and Response to external stimuli. – Berlin: Springer Verlag, 1988.- P. 205-232.
281. Smith C. W. Electromagnetic and geomagnetic fields in hypersensitivity, energy medicine and bionavigation //Energy Medicine Around the World. – 1988. – P. 219-239.
282. Stehle J., Reuss S., Vollratch L. Electrophysiological characterization of the pineal gland of golden hamsters // Exp. Brain Res. – 1987. – Vol. 67, No. 1. – P. 27-32.
283. Stehle J. H., Gall C., Korf H. W. Melatonin: a clock-output, a clock-input // Neuroendocrinol. – 2003. – Vol. 15, No 4. – P. 383-389.
284. Stoupel E. The effect of geomagnetic activity on cardiovascular parameters // Biomed. Pharmacother. – 2002. – Vol. 56, No 2. – P. 247-256.
285. Strigun L. M. Chirkova E. N., Grigor`eva G. G., Gromova L. A., Yakunina M. A., Nemov V. V., Ivanova A. N. Chronobiological analysis of peripheral lymphocyte dehydrogenises activities in rats with Walker 256 carcinosarcoma // Anti-Cancer Drugs. – 1991. – Vol. 2, № 3. – P. 305-310.
286. Subrachmanyam S., Narayan S., et al. Effect of magnetic micropulsations on the biological systems – a bioenvironmental study // Int. J. Beometeorol. – 1985. –Vol. 29, No 3. – P. 293-305.
287. Tan K. S., Johnson D. L. Threshold of sensation for 60 leakage currents // Biomed. Instrum. Technol. – 1990 – Vol. 24. – P. 207-211.
288. Thompson G. Shock threshold fixes appliance insulating resistance // Electrical World. – Vol. 101. – P. 793-795.
289. Tiku K., Tiku M. L., Liu S., Skosey J. L. Normal human neutrophils are a source of a specific interleukin 1 inhibitor // J. Immunol. – 1986. – May 15. – Vol. 136(10). – P. 3686-3692.
290. Touitou Y., Selmaoui B., Lambrozo J., Auzeby A. Evaluation of the effect of magnetic fields on the secretion of melatonin in humans and rats. Circadian study // Bull. Acad. Natl. Med. – 2002. – Vol. 186, № 9. – P. 1625-1639.
291. Touitou Y., Bogdan A., Lambrozo J., Selmaoui B. Is Melatonin the Hormonal Missing Link Between Magnetic Field Effects and Human Diseases? // Cancer Causes Control. – 2006. – Vol. 17, No. 4. – P. 547-552.
292. Welker H. A., Semm P., Willing R. P., et al. Effects of an artificial magnetic field on the serotonin N-acetyltransferesa activity and melatonin content of the rat pineal gland // Exp. Brain Res. – 1983 – Vol. 50. – P.426-432
293. Wilen J, Hörnsten R., Sandström M., Bjerle P, Wiklund U., Stensson O., Lyskov E., Mild K. H. Electromagnetic field exposure and health among RF plastic sealer operators // Bioelectromagnetics. – 2001. – Vol. 22, № 7. – P. 457-462.
294. Woldanska-Okonska M., Czernicki J. Biological affect by the influence of low frequency electromagnetic fields on hormone secretion // Przegl. Lek. – 2003. – Vol. 60, No 10. – P. 657-662.
295. Wollner A, Wollner S, Smith JB: Acting via A2 receptors, adenosine inhibits the upregulation of Mac-1 (Cd11b/CD18) expression on FMLP-stimulated neutrophils Am J Respir Cell Mol Biol 1993, 9:179-185in the inflammation // Pol. Immunol. – 1993. – Vol. 28. – P.23-44.
296. Yaga K., Reiter R. J., Manchester L. C., Nieves h., Sun J. H., Chen L. D. Pineal sensitivity to pulsed static magnetic fields changes during the photoperiod // Brain Res. Bull. – 1993. – Vol. 30. – P. 153-156.
297. Yellon S. M. Acute 60 Hz magnetic field exposure effects on melatonin rhythm in the pineal gland and circulation of the adult Djungarain Hamster // J. Pineal Res. – 1994. – Vol. 16, № 3. – P. 136-144.
298. Yellon S. M., Truong H. N. Melatonin rhythm onset in the adult Siberian hamster: influence of photoperiod but not 60-Hz magnetic field exposure on melatonin content in the pineal gland and in circulation // J. Biol. Rhythms. – 1998. – Vol. 13, No. l. – P. 52-59.
299. Zeman K. The modern aspects of neutrophils role in inflammation // Pol. J. Immunol. – 1993. – Vol. 28. – P. 23-44.
300. Zeni O, Romano M, Perrotta A, et all. Evaluation of genotoxic effects in human peripheral blood leukocytes following an acute in vitro exposure to 900 MHz radiofrequency fields // Bioelectromagnetics. – 2005. – Vol. 26, No 4. – P. 258-265.
301. Zhadin M., Barnes F. Frequency and Amplitude Windows in the Combined Action of DC and Low Frequency AC Magnetic Fields on Ion Thermal Motion in Macromolecule Theoretical Analysis // Bioelectromagnetics. – 2005. – Vol. 26. – P. 323-330.
302. Zimmerman, G. A., Prescott, S. M. and McIntyre, T. M (1992). Endothelial cell interactions with granulocytes: tethering and signaling molecules // Immunol. Today. – 1992. – Vol. 13. – P. 93-100.

potupikoff
Сообщения: 1509
Зарегистрирован: 19 дек 2011, 00:15

Re: Биологическая активность слабых полей СНЧ (обзор литературны

Сообщение potupikoff » 11 авг 2012, 13:46

Статья интересная и требует более глубокой проработки. Они, проведя исследования, не заметили очень интересный аспект, к которому мы пришли другим, эмпирическим путем. У них есть только краткое упоминание об истощении резервов, а вот воздействие на регуляторные центры отражено более акцентировано, но в концепцию не включено, хотя и вышло наружу в ходе исследований. А фактор-то чисто физического явления - осмоса, временные характеристики диффузии питательных веществ. Так,что мы все-таки были правы, их опыты это доказали, чрезмерная длительность воздействия на центры может дать обратный эффект. Модулированные частоты дают разрыв непрерывности и только, но это в микромире очень ощутимо. В опытах они привязывались не к тем показателям, не стабильным и опосредованным, вот и получали лишь статистические данные. Надо было комплексно к показателям подходить и не сужать контрольные точки до уровня опосредованных показателей. Если бы, перед частотным электромагнитным воздействием, измерялась исходная частотная активность исследуемого объекта, результаты и выводы были бы на несколько порядков информативнее.

potupikoff
Сообщения: 1509
Зарегистрирован: 19 дек 2011, 00:15

Re: Биологическая активность слабых полей СНЧ (обзор литературны

Сообщение potupikoff » 15 окт 2012, 20:42

Путаница, родившая заблуждение,
когда терапия ЭМП должна звучать, как терапия ЭМИ, и изложенный выше материал
необходимо рассматривать в новом ракурсе, а не применительно к нашим аппаратам.

ЭЛЕКТРОМАГНИТНОЕ ИЗЛУЧЕНИЕ, электромагнитные волны, возбуждаемые различными излучающими объектами, – заряженными частицами, атомами, молекулами, антеннами и пр.(в нашем случае в приборе антенна). В зависимости от длины волны различают гамма-излучение, рентгеновское, ультрафиолетовое излучение, видимый свет, инфракрасное излучение, радиоволны и низкочастотные электромагнитные колебания. ЭЛЕКТРОМАГНИТНЫЕ ВОЛНЫ представляют собой электромагнитные колебания, распространяющиеся в пространстве с конечной скоростью, зависящей от свойств среды.
Существование электромагнитных волн предсказано английским физиком М. Фарадеем в 1832 г. Другой английский ученый, Дж. Максвелл, в 1865 г. теоретически показал, что электромагнитные колебания не остаются локализованными в пространстве, а распространяются во все стороны от источника. Теория Максвелла позволила единым образом подойти к описанию радиоволн, оптического излучения, рентгеновского излучения, гамма‐излучения. Оказалось, что все эти виды излучения – электромагнитные волны с различной длиной волны λ, т. е. родственны по своей природе. Каждое из них имеет своё определённое место в единой шкале электромагнитных волн. Распространяясь в средах, электромагнитные волны, как и всякие другие волны, могут испытывать преломление и отражение на границе раздела сред, дисперсию, поглощение, интерференцию; при распространении в неоднородных средах наблюдаются дифракция волн, рассеяние волн и другие явления.
Гармонические электромагнитные волны называются монохроматическими. Для монохроматической волны одной из главных характеристик является интенсивность. Интенсивность электромагнитной волны J представляет собой среднее значение величины плотности потока энергии переносимого волной. Электромагнитные волны различных диапазонов длин волн характеризуются различными способами возбуждения и регистрации, по‐разному взаимодействуют с веществом. Процессы излучения и поглощения электромагнитных волн, от самых длинных до ИК излучения, достаточно полно описываются соотношениями классической электродинамики.
В диапазонах более коротких длин волн, в особенности в диапазонах рентгеновских и γ‐лучей, доминируют процессы, имеющие квантовую природу, и могут быть описаны только в рамках квантовой электродинамики на основе представлении о дискретности этих процессов.
Электромагнитные волны широко используются в радиосвязи, радиолокации, телевидении, медицине, биологии, физике, астрономии и др. областях науки и техники.
Радиочастоты и сверхвысокие частоты являются составной частью спектра электромагнитных излучений в частотном диапазоне от единиц Гц до 300 ГГц. Основными параметрами ЭМИ являются длина волны (λ) и частота (f), которая связана с длиной волны обратной зависимостью (для условий распространения волны в воздухе). Частоты колебаний ЭМИ измеряются в Герцах (Гц): 1 килогерц (кГц) = 103 Гц, 1 мегагерц (МГц)=106 ; Гц, 1 гигагерц (ГГц) = 109 Гц.
Электромагни́тное по́ле — фундаментальное физическое поле, взаимодействующее с электрически заряженными телами, а также с телами, имеющими собственные дипольные и мультипольные электрические и магнитные моменты. Представляет собой совокупность электрического и магнитного полей, которые могут, при определённых условиях, порождать друг друга, а по сути являются одной сущностью, формализуемой через тензор электромагнитного поля.
ЭЛЕКТРОМАГНИТНОЕ ПОЛЕ ‐ это особая форма материи, посредством которой осуществляется взаимодействие между заряженными частицами. Представляет собой взаимосвязанные переменные электрическое поле и магнитное поле. Взаимная связь электрического Е и магнитного Н полей заключается в том, что всякое изменение одного из них приводит к появлению другого: переменное электрическое поле, порождаемое ускоренно движущимися зарядами (источником), возбуждает в смежных областях пространства переменное магнитное поле, которое, в свою очередь, возбуждает в прилегающих к нему областях пространства переменное электрическое поле, и т. д. Таким образом, электромагнитное поле распространяется от точки к точке пространства в виде электромагнитных волн, бегущих от источника. Благодаря конечности скорости распространения электромагнитное поле может существовать автономно от породившего его источника и не исчезает с устранением источника. Электромагнитное поле в вакууме описывается напряженностью электрического поля Е и магнитной индукцией В. Электромагнитное поле в среде характеризуется дополнительно двумя вспомогательными величинами: напряженностью магнитного поля Н и электрической индукцией D. Связь компонентов электромагнитного поля с зарядами и токами описывается уравнениями Максвелла.
Электрическое поле представляет собой частную форму проявления электромагнитного поля. В своем проявлении это силовое поле, основным свойством которого является способность воздействовать на внесенный в него электрический заряд с силой, не зависящей от скорости заряда. Источниками электрического поля могут быть электрические заряды (движущиеся и неподвижные) и изменяющиеся во времени магнитные поля. Основная количественная характеристика электрического поля – напряженность электрического поля Е.
Электрическое поле в среде наряду с напряженностью характеризуется вектором электрической индукции D. В общем случае электрическое поле описывается уравнениями Максвелла.
Магнитное поле представляет собой частную форму электромагнитного поля. В своем проявлении это силовое поле, основным свойством которого является способность воздействовать на движущиеся электрические заряды (в т.ч. на проводники с током), а также на магнитные тела независимо от состояния их движения. Источниками магнитного поля могут быть движущиеся электрические заряды (проводники с током), намагниченные тела и изменяющиеся во времени электрические поля. Основная количественная характеристика магнитного поля – магнитная индукция В, которая определяет силу, действующую в данной точке поля в вакууме на движущийся электрический заряд и на тела, имеющие магнитный момент. В материальных средах для магнитного поля вводится дополнительная характеристика – напряженность магнитного поля Н, которая связана с магнитной индукцией соотношением.
Стоило поменять только одно слово в названии, а как меняется все видение и теоретические обоснования действия приборов ЭМТ. Имеющие доступ к форуму ДЭТА ЭЛИС могут смело выложить там эту информацию с приветом от Потупикова А.Н. Коноплеву С.П.

satsan
Сообщения: 563
Зарегистрирован: 05 янв 2009, 09:57

Re: Биологическая активность слабых полей СНЧ (обзор литературны

Сообщение satsan » 16 окт 2012, 18:04

предложение: "заряженная частица при ускоренном движении излучает электромагнитное поле", что - частица, что делает - излучает, что излучает - электромагнитное поле. Т.е. понятие ЭЛЕКТРОМАГНИТНОЕ ИЗЛУЧЕНИЕ означает всего навсего, что какой то объект(в нашем случае прибор) генерирует, излучает ЭЛЕКТРОМАГНИТНОЕ ПОЛЕ.....а все остальное от лукавага)))

satsan
Сообщения: 563
Зарегистрирован: 05 янв 2009, 09:57

Re: Биологическая активность слабых полей СНЧ (обзор литературны

Сообщение satsan » 16 окт 2012, 18:12

а можно так: лампа излучает свет (электромагнитное поле) или от лампы идет излучение в виде электромагнитного поля, излучение более широкое понятие, например костер излучает еще и акустические волны в виде треска, но это уже другое поле- акустическое

potupikoff
Сообщения: 1509
Зарегистрирован: 19 дек 2011, 00:15

Re: Биологическая активность слабых полей СНЧ (обзор литературны

Сообщение potupikoff » 16 окт 2012, 18:41

Да нет, не означает. Прибор конечно генерирует, замыкает,регулирует и т.п., но в конце концов антена прибора излучает. Однако не элктромагнитное поле, а именно излучение, причем во все стороны по сфере, векторно. Если бы было по другому, мы бы и правило Буравчика рассмотрели. И только поэтому не происходит нагревания тканей(вспомните аппарат УВЧ и Индуктотермии). У переменного электромагнитного поля конечно тоже есть частотные характеристики, но это уже другая история. Если наш аппарат представляет из себя обычную катушку индуктивности...., тогда зачем ему антена? И как реализуется в этой катушке несущая частота?

potupikoff
Сообщения: 1509
Зарегистрирован: 19 дек 2011, 00:15

Re: Биологическая активность слабых полей СНЧ (обзор литературны

Сообщение potupikoff » 16 окт 2012, 19:04

satsan писал(а):а можно так: лампа излучает свет (электромагнитное поле) или от лампы идет излучение в виде электромагнитного поля, излучение более широкое понятие, например костер излучает еще и акустические волны в виде треска, но это уже другое поле- акустическое

Электромагнитное поле подчиняется другим законам, нежели излучение. Ему не свойственны явления интерференции, дифракции(как свет лампы, Солнца - радугу наблюдали?), поглощение предметами, отражение, преломление. А вот про акустическое поле это по нашему, по-Бразильски, где в лесах много, много диких обезьян. Даже некие деревянные строения на дачном участке генерируют данные поля при посещении их VIP персонами, счастливыми от небывалого урожая гороха. Может и приборы стоит выпускать из экологически чистого материала?

potupikoff
Сообщения: 1509
Зарегистрирован: 19 дек 2011, 00:15

Re: Биологическая активность слабых полей СНЧ (обзор литературны

Сообщение potupikoff » 16 окт 2012, 19:39

satsan писал(а):предложение: "заряженная частица при ускоренном движении излучает электромагнитное поле", что - частица, что делает - излучает, что излучает - электромагнитное поле. Т.е. понятие ЭЛЕКТРОМАГНИТНОЕ ИЗЛУЧЕНИЕ означает всего навсего, что какой то объект(в нашем случае прибор) генерирует, излучает ЭЛЕКТРОМАГНИТНОЕ ПОЛЕ.....а все остальное от лукавага)))

Меня всегда умиляли попытки доказательности физических законов, основываясь на "синтаксисе и пунктуации" существительных в названиях и применяемых к действиям глаголов. Но навязанную форму доказательности принимаю. Пусть теперь наши приборы ИСПУСКАЮТ электромагнитное излучение несущей волны, с ПОСАЖЕННЫМИ (не осужденными!) на нее фиксированными частотами.

satsan
Сообщения: 563
Зарегистрирован: 05 янв 2009, 09:57

Re: Биологическая активность слабых полей СНЧ (обзор литературны

Сообщение satsan » 16 окт 2012, 20:27

http://rutracker.org/forum/viewtopic.php?t=3408393 если интересно почитайте там про радиопередатчики и антенны все написано


Вернуться в «Информация о Биорезонансной Терапии»

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и 1 гость